Библиотека

Где-то на земле есть рай стр. 263

Размер шрифта
-
+
Тема

кладбища движется похоронная процессия, и через некоторое время ветер донесет до нас обрывки прощальных речей.

— Час дня, — говорит Антипенко, который вызвался идти вместе с нами.

Мы сидим в засаде в автомобильчике, припаркованном у кладбищенской ограды. Мне показываться нельзя — убийца видел меня в лицо, может узнать, и я спугну его.

Благолепного вида священник с окладистой бородой и со сверкающим крестом на груди проходит на кладбище. Какие-то старухи в платках кланяются ему, и он важно благословляет их.

Половина второго. Два. Четверть третьего.

Не придет… не придет… не придет…

Время тянется мучительно долго. Каждая секунда разбухает до размеров часа. До чего же мучительно торчать на одном и том же месте и ничего не делать! В 14.20 поступает первый сигнал:

— Внимание, вижу его… Движется в вашу сторону…

Смотритель закончил подметать дорожки и теперь стоит, опираясь на метлу.

— Нет, — с сожалением говорит Антипенко. — Не он.

— Не он, — подтверждаю я, вглядываясь в подозреваемого.

Четвертый час. Мы теряем время — или это время теряет нас? Ничего не поделаешь, в нашей работе такое случается частенько. Надо лишь сидеть и ждать. Сидеть и ждать…

Я подпрыгиваю на месте:

— Андрей!

— Что?

— Ты посмотри… Видишь, с другой стороны подходит парень с букетом? По-моему, это он!

Мощный бинокль подтверждает правоту моих слов. Антипенко хватается за рацию:

— Все по местам! Приготовились к захвату! По моему сигналу…

Старик одышливо кашляет и вновь принимается мести дорожку. За несколько могил от той, которая так интересует нас, стоит давешний священник и молится, то и дело крестясь. Я перевожу взгляд на человека с букетом. Его светловолосая голова то пропадает между крестов, то вновь появляется. Нет сомнений, он идет прямо на нас.

Вот он остановился у могилы… быстро оглядывается…

— Что он делает? — шепчет Антипенко.

— Наклонился… Ставит цветы…

Андрей не успел подать сигнал, потому что в то же самое мгновение священник с бородой и одышливый старик, не сговариваясь, бросились на убийцу. Священник запнулся в своем длинном одеянии и со всего маху плюхнулся на дорожку, но старик-смотритель оказался на высоте. Рукоятью метлы он сбил убийцу на землю и навалился на него сверху, не давая шевельнуться. Мы с операми выскочили из машины.

— Стоять! Не двигаться! Полиция!

Справедливости ради следует заметить, что задержанный даже не сопротивлялся. Священник, хромая, подошел к нему и защелкнул на нем наручники, после чего отклеил бороду.

— Я ж тебе говорил, — сказал прыткий старик, он же мой напарник Павел Ласточкин, тоже отклеивая седую бороду. — В этих рясах чертовски неудобно бегать.

— Ага, — согласился священник, он же наш коллега Стас Зарубин, сбивая грязь с лица. — Ладно, в следующий раз учту. — Он повернулся к пленнику: — Ну что, это он?

— Он, — подтвердила я. — Точно он.

— Чисто сработано, — резюмировал Зарубин.

Я перевела взгляд на могилу, возле которой мы стояли. На памятнике было лишь изображение хорошенькой девушки с надутыми губками и слова: «Елена Еремина. 31 января 1987—20 апреля 2012». Ниже шла строчка: «Мы никогда не забудем тебя».

— Ну да, 20 апреля, — Павел, как всегда, опередил мой вопрос. — Сегодня исполнился ровно год с тех пор, как ее не стало. Именно сегодня. Поэтому он и пришел сюда, хоть и знал, что это небезопасно.

Тут наш пленник

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.