Где-то у Проциона стр. 158
уйдем…
– Э, нет! Погоди! – опыт общения со спейсерами проснулся в Лунине и прямо-таки сам лез наружу. – А если тормознуться до круговой?
Тимур кивнул.
– Уже лучше. Только хрен редьки не слаще. Мы на это вообще все топливо израсходуем. А для схода с орбиты надо будет дать еще один импульс. И чем?.. Но дело, в общем, не в этом. С парашютом просто ничего не выйдет.
– Это почему? – спросил Лобов.
– Я ведь объяснил уже… У нас заготовки нет. А без нее запаса всего нанозавода не хватит. Не делать же нам купол из заплат: часть из тряпки, часть из железа, часть из люмени, что-то вообще из платины…
– Постой! Что ты сказал? – внезапно встрепенулся Кремер.
– А что я сказал? – удивился Тимур. – Или у тебя есть идея сделать парашют на манер зонтика? С металлическими спицами?
– Именно!
– Спятил?!
– Начальство спятить не может! – назидательно сообщил Витька. – Начальство всегда право! Согласно пункта первого известной инструкции! А если не право – смотри пункт номер два! – заканчивая фразу, он откровенно улыбался до ушей.
– Ну, и что ты удумал? – спросил после паузы Тимур, когда стало ясно, что никто больше не подаст голоса.
– Кокингова воронка! – объявил Витька.
– Что?..
– Не знаешь? А ведь должен… – улыбка Кремера превратилась в само ехидство. – И Димка должен бы…
– Толком говори! Время-то не резиновое!
– Ну, у нас-то оно как раз резиновое! – возразил Витька. Видимо, чисто из вредности. Уже по этому можно было судить, что решение он нашел. Но какое именно?..
– Погоди… – сказал Лунин, озадаченный ссылкой на себя в этом вопросе. – Воронка? Это надувнушка, что ли, для прыжков с орбиты? Вроде так ее спейсеры называют…
– Она самая! Перевернутый конус. Как волан от бадминтона. Придуман англичанином Робертом Кокингом в XIX веке. Применение нашел только уже в наше время… Странно, что вы оба с Тимуром про него не вспомнили!
– Да чего тут вспоминать? – возмутился Тимур. – НТУ – надувное тормозное устройство! Очень даже применяется и не только для спортивных прыжков, но и во всех спаскапсулах – я сам с такой прыгал! Только ты о чем речь-то ведешь? Сколько там весу, и сколько у нас? Или один человек – сто кило примерно – или здесь сто тонн! И опять же, ткань нужна – а где ее взять?
– Вот блин, связался я на свою голову с профессионалами! – преувеличенно возмутился Витька. – За тремя соснами леса не видят! На что нам ткань? Нам даже пневматической эту штуку делать не надо!
– Да говори, наконец! – воскликнул Тимур.
– Да нам просто нужно корпус переформировать! В этот самый волан! С грузом в носовой части! Получится требуемый конус! С той же самой сотовой структурой, что ты предлагал. Просто размерами в несколько раз больше, чем наша теперешняя фара!.. Никаких куполов, никаких тряпок. Главное – так габариты растянуть, чтобы сопротивление воздуха позволяло парашютировать – и все! Из ста тонн массы посадочного блока без «Кузнечика» у нас пятьдесят – это нанозавод. Вот его и используем. По прочности – я уже прикинул, хватит. Нам ведь только на последнем участке его нужно будет!
Пока Кремер произносил эту тираду, Тимур слушал его все более и более внимательно.
– А ведь ты прав! – сообщил он под конец.
– А то! – признал