Где-то у Проциона стр. 83
понял… – сказал он. – Сейчас-то что? И в Диптауне?
– И сейчас, и в Диптауне мы производили ускорение своего собственного времени. Без обработки внешних потоков. При переходе же из хронопогреба в нормальное время, а затем на чердак в штатном режиме нужно обрабатывать огромный массив данных от «окружающей среды». Сейчас же вокруг нас, – Башкирцев повел рукой. – Просто картинка. Примерно как при нажатии кнопки «пауза». Это у нас называется боковым или личным временем. И может в принципе управляться каждым желающим индивидуально, независимо от местонахождения… Но это, в общем, не самое главное на данный момент – из-за чего мы сюда пришли.
– Да, пожалуй… – согласился Лунин.
– Ты сейчас вот что сообрази. Мы не компьютерные программы. И не искинты с эмуляцией наших личностей. Мы – живые существа. Только не на биологическом субстрате, а на самом что ни на есть фундаментальном, что имеется во Вселенной – на вакууме. Честно скажу – даже я толком не знаю, что сие в полном объеме означает. Мы над этим тут уже который год ломаем головы и пока еще очень мало выяснили. И хуже всего здесь то, что это открытие было получено во многом случайно и – главное – преждевременно.
– Почему? – не понял Лунин.
– Потому что мы попросту не можем ничего объяснить тем, кто остался снаружи. Даже прямым текстом.
– Как это?
– А ты на себя посмотри, – невесело усмехнулся Башкирцев. – Вот ты уже прожил здесь год. Кое-что повидал, кое в чем поучаствовал. Сильно ты веришь тому, что я тебе говорю? Или всего лишь принимаешь «к сведению»? Так и с теми. И особенно хреново, что в числе непонимающих – наше же собственное руководство. Не страной даже – я про тех и не говорю – а нашим же институтом.
– Но почему? – изумился Лунин.
Башкирцев усмехнулся еще раз.
– Банальная инерция мышления. Но так наглядно, поверь, я и сам не ожидал с ней столкнуться. Наверное, понадобится лет десять-двенадцать,
а то и больше, чтоб до окружающих дошло, что происходит. Пока же нашему проекту всего только год. И ни у кого просто в голове не укладывается, что за год можно что-то такое создать. Там, снаружи, мы для всех – все еще обыкновенная лаборатория. Научившаяся делать что-то такое-эдакое, что сильно ускоряет проведение самых сложных расчетов. Так нас и воспринимают до сих пор. Несмотря на то, что фактически мы взяли под контроль и институт, и министерство, и еще несколько других структур, включая президентскую администрацию.
– Ни хрена себе… – только и смог выговорить Вадим. – А президента вы еще не зазомбировали?
– Нет. Да и зачем? Это было бы глупостью. Нам ведь нужно было взять управление, а не конкретного человека. А управляет страной вовсе не президент… Беда в том, что для полного захвата власти у нас не хватает мощности – иначе б мы это сделали.
– Блин, – сказал Лунин. – Банда академиков…
Он просто не представлял, как реагировать на все услышанное.
Глава 6. Старт1
Четверть часа локально-замедленного времени, пока челнок шел до орбиты корабля, Лунин потратил на то, чтобы прийти в себя после второго переключения через ноль.
Башкирцев, конечно, был прав, говоря, что минуту в таком состоянии человек может вынести. Но чувствовал себя Вадим так, словно его