Где-то у Проциона стр. 90
первую секунду автоматически осознав себя в открытом космосе. Без скафандра… Огромный – метров сто в диаметре – зал, со всех сторон окруженный звездами, залитый земным и лунным светом, был заполнен множеством людей в самых легкомысленных нарядах. Ну, да: как и было сказано в записке, «форма одежды праздничная»… Посередине вздымалась вверх массивная колонна или башня метров пяти в диаметре, в основании которой располагались мембраны телепортов. Высоко в зените этот столб подпирал собой нечто шарообразное – скорее всего, передний отсек «Ореола». В довершение картины с одной стороны – буквально руку протяни – висела видимая во всех подробностях Земля, а с другого борта – точно такая же – Луна. Причем, что производило наибольшее впечатление – обе были одинакового размера… Солнце, судя по его отсутствию, закрывалось корпусом корабля, находившимся непосредственно под ногами. Чему Лунин только порадовался. И понадеялся, что конструкторы позаботились о затемнении солнечного диска, иначе натурализм стал бы уже явно чрезмерным…
– Блин… – сказал Вадим. – Это – салон?!
– Я тоже так же среагировал, когда первый раз увидел! – Тимур рассмеялся. – Как говорится: ничего себе пляжик отгрохали! Впечатляет?
– Да уж… – признался Лунин, осторожно переводя дух. Иллюзия открытого космоса была исключительно сильной.
– То-то! Это тебе не ваша жалкая станция! – подколол летчик. – Новая эра в освоении космоса – это я тебе точно говорю!
– Да я уже знаю…
– Ну, так пошли к нашим! Чего здесь торчать? Вон они… Катерина! – неожиданно крикнул Тимур и замахал рукой. Вадим хотел было отказаться, сославшись, что тут его ждут. Но увидел, что как раз там, куда машет Саитгиреев, стоит Генрих, и ничего не сказал.
От группы к ним подошла миниатюрная женщина в платье из чего-то воздушного и переливающегося. Фасон этой одежды Лунин определить затруднился бы: нечто среднее между вечерним и бальным. В руке она держала бокал для шампанского. Похоже, что идея отметить «пока не началось» посетила не одного Тимура. Правда, бокал был еще –
или уже – пуст.
– Вот. Знакомьтесь! – объявил Тимур. – Это Екатерина Пирогова – анестезиолог. Тоже из нашей группы. Потомственный медик в черт знает каком поколении! А это, Катя, Вадим Лунин. Твой, в каком-то смысле коллега!
– В каком-то смысле – это как?
– Так он тоже вроде как доктор! Только ты человечий доктор, а он – роботный… роботячий… Тьфу! По андроидам, одним словом. Врач, так сказать, андролог!
– Кто? – переспросила Пирогова, внимательно посмотрев на Тимура.
– Ну, киберинар, – заключил Саитгиреев свои лингвистические изыскания. – Вот!
– Да ты хоть знаешь, кто такой врач-андролог?
– А чего? – спросил Тимур. Но уже с легким подозрением. Лунин, который тоже впервые слышал про такую специальность, также насторожился.
– Да то же самое, что гинеколог! – сдерживая смех, сообщила Пирогова. – Только по мужской части!
– Бли-ин… – отреагировал Тимур. Поскреб в затылке и виновато посмотрел на Вадима. Вадим не стал его выручать: пусть сам расхлебывает, раз заварил эту кашу. Разрядила ситуацию Пирогова:
– Так это вы механик по андроидам! Действительно – коллеги! Очень приятно! Держите-ка вот… – она достала из воздуха два бокала и протянула их Вадиму с Тимуром. Бокалы были пустые.
– Черт, Катька! – сказал Тимур. – Я тоже так хочу! Когда вы мне уже интерфейс вставите?
– Да после старта и вставим! – пообещала Пирогова. – Не канючь! Пойдемте к нашим –