Библиотека

Генерал армии Черняховский стр. 113

Размер шрифта
-
+
Тема

и сил нет, все оставили, преодолевая жидкое, вязкое месиво, но как только замелькали вблизи каски и зеленые мундиры гитлеровцев, внутри будто какие-то дополнительные клапаны раскрываются: тут уж рвется из груди само собой «Ура!» и «За Родину!», и мать и Бога — всех вспомнят! Тут уж нас не остановят ни пули, ни гранаты, что летят нам навстречу из немецкой траншеи. Если русская пехота добралась до бруствера вражеского окопа, ее никто не остановит, против нас ни одна армия не устоит. Страшен и беспощаден российский солдат в рукопашной, бьет он врага ловко, умело, самозабвенно…

И только потом — закуривая самокрутку, весь в поту, еще не отдышавшись после схватки, оглядится вокруг и с ухмылкой сам же удивится и скажет: «Надо же — чего натворили!»

Вот этого запредельного нечеловеческого умения одолеть распутицу, выкарабкаться из грязищи, хоть она была по самые ноздри, вот этой способности у немецкого солдата не было. Поэтому мы и брали верх. И Жуков знал о таких качествах бойцов, верил в них, и поэтому даже внезапность и стратегический успех целого весеннего наступления обосновывал надеждой, что наш брат-солдат все выдюжит и не подведет.

В общем, решение было принято, приказ отдан, и его надо выполнять.

В нескольких предыдущих операциях 60-я армия начинала их, действуя на вспомогательных направлениях, но благодаря умелому, инициативному руководству Черняховского эти направления превращались в главные, сюда командующие фронтами направляли свои резервы.

В предстоящей операции 60-я армия должна была сразу наступать на главном направлении. Поэтому командующий фронтом Ватутин решил именно с нее начать отработку взаимодействия и поэтапный разбор наступления.

После полудня Ватутин позвонил Черняховскому:

— Часика через два, Иван Данилович, будем у вас. Никуда не отлучайтесь, — предупредил он.

Но вот прошло два, а потом и три часа, а комфронта все еще не было. Обеспокоенный, командарм позвонил в Ровно. Генерал Пухов сообщил, что Ватутин и Крайнюков давно уже выехали.

Надвигались сумерки. Беспокойство Черняховского нарастало. Он еще и еще звонил в штаб фронта и к генералу Пухову. И наконец, печальная весть: на полпути из Ровно в Славуту, при въезде на окраину села Милятин, машины командования фронта и охраны подверглись нападению из засады бандитов-бандеровцев. Ватутин залег вместе с солдатами охраны, отражал нападающих. Бандеровцы, рассыпавшись по заснеженному полю, несколько раз поднимались в атаку и каждый раз под огнем автоматов и пулемета прижимались к земле. В этом бою Николай Федорович был ранен. В сгустившихся сумерках его вынесли на Ровенское шоссе, а затем доставили в Ровно, где ему тотчас же сделали операцию. Ранение оказалось тяжелым — в правое бедро с повреждением кости. Ватутин был переправлен для дальнейшего лечения в Киев.

Тяжелое ранение любимого военачальника и близкого друга Черняховский воспринял с болью в сердце. После нескольких операций Ватутин скончался 15 апреля 1944 года.

1 марта 1944 года в командование войсками 1-го Украинского фронта вступил маршал Жуков. Он, как и Ватутин, решил начать организацию взаимодействия с главного направления и поэтому первым вызвал в свой штаб Черняховского.

С большим волнением ехал к нему Иван Данилович. Прежние комфронта относились к нему очень по-доброму, а как сложатся отношения с новым командующим. Жуков был известен своей крутостью и требовательностью. Он встретил Черняховского официально, строго, без лишних

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.