Генерал армии Черняховский стр. 116
Наиболее угрожающее положение создалось на участке 135-й стрелковой дивизии, которая сдерживала натиск противника на внешнем фронте кольца окружения.
В разгар боевых действий командарм по телефону предупредил полковника Ромашина:
— Рассчитывайте на свои силы, на подход армейских резервов не надейтесь, рубеж обороны отстоять во что бы то ни стало!
Почему Черняховский в такой трудный момент, вместо того, чтобы поддержать Ромашина резервом, приказывает ему, по сути дела, стоять насмерть? Не буду детально объяснять такие действия командарма, они легко и просто будут понятны из решения Черняховского, которое он доложил Жукову.
Именно в минуты, когда Черняховский ставил задачу Ромашину, позвонил комфронта:
— У вас, Иван Данилович, очень горячо. Что намерены предпринять?
— Я решил все силы бросить на уничтожение окруженного противника в Тернополе.
— Не понимаю, — буркнул Жуков, — у вас главная опасность с фронта, оттуда бьют немцы на выручку окруженным.
— Так точно, товарищ маршал. Вот я и решил как можно скорее уничтожить окруженных, тогда наступающим с фронта некого будет выручать.
Жуков некоторое время молчал, а потом явно с похвалой сказал:
— Одобряю! Но риск большой.
— Без риска на войне не бывает, — бодро ответил Черняховский, уверенный, что принял правильное решение.
— Ну, что же, дерзай! Но крепи оборону и с фронта.
Черняховский лично руководил частями внутреннего кольца окружения. Он объяснил командирам, почему надо в короткий срок ликвидировать окруженных. И, понимая замысел любимого командарма, черняховцы ворвались в город. Они очищали от врага квартал за кварталом. Противник оборонялся упорно, цепляясь за каждое здание. Расстояние между нашими и немцами часто не превышало пятидесяти метров, местами оно измерялось лишь толщиной капитальной стены или потолочного перекрытия. Особенно яростные схватки происходили в центре города, где засели эсэсовцы, отстреливавшиеся до последнего патрона. Остатки одной пехотной дивизии, нескольких артиллерийских полков, специальных частей и офицерского штрафного батальона заняли оборону в крепких старинных зданиях, которых много в центре Тернополя.
…Когда в центе Тернополя еще шли напряженные бои, на командно-наблюдательном пункте Черняховского зазвонил телефон ВЧ.
— Иван Данилович! — прозвучал внушительный голос командующего фронтом Жукова. — Армию сдайте генерал-полковнику Курочкину, а сами завтра, тринадцатого, должны быть в Москве. Самолет для вас приготовлен.
Черняховский не терялся в самых трудных моментах боя, а тут оторопел от столь неожиданного распоряжения.
— Георгий Константинович, чем это вызвано, — овладев собой, спросил Черняховский.
— Вас вызывает Верховный Главнокомандующий.
— Товарищ Сталин? По какому вопросу? — взволнованно спросил Черняховский.
— По всей вероятности, это связано для вас с чем-то приятным. Там узнаете.
Черняховский передал 60-ю армию генерал-полковнику Курочкину, который командовал Северо-Западным фронтом в июне 1941 года, когда Иван Данилович был еще полковником и командиром 28-й танковой дивизии.
Вот так стремительно летит время на войне — за три года Черняховский получил три высоких звания: генерал-майор, генерал-лейтенант, генерал-полковник. И не менее высокие повышения: командир корпуса, командующий армией. В боях он приобрел широкий опыт руководства соединениями. По поводу этого опыта мне кажется уместным привести слова генерала армии Лащенко:
«Личная оперативная подготовка генерала Черняховского к моменту его назначения командующим 60-й армией была весьма посредственной. Но так как он имел хорошее общее образование и был человеком весьма одаренным от природы, он быстро рос в оперативных вопросах как армейского, так и фронтового масштаба, правильно усваивал передовые взгляды того времени на характер и способы