Библиотека

Генерал армии Черняховский стр. 80

Размер шрифта
-
+
Тема

в рыхлую, мокрую землю, оставляя глубокие следы. На броне танков находился десант автоматчиков. При встрече с заслонами отступающего противника десантники мгновенно рассыпались в цепь и с ходу вступали в бой.

За передовыми отрядами танковых бригад по вязким полям двигались главные силы стрелковых дивизий 60-й армии. Ноги солдат вязли в густой грязи, в сапогах хлюпала вода, лямки вещевых мешков натирали плечи. Некогда было зайти в теплую хату, чтобы хоть немного просушить одежду и обогреться. Отступающего врага преследовали днем и ночью. По утрам от заморозков земля затвердевала, лужи покрывались ледком. Ноги мерзли в отсыревших сапогах. В грязи застревали автомобили, повозки, падали обессиленные люди. Только бойцы, перенося все испытания, шли вперед.

Пронизывающий мартовский ветер и сырость давали о себе знать. Командующий весь продрог, а машина, на которой он ехал, застряла в грязи. Колеса буксовали на месте. Это заметили солдаты, проходившие мимо колонны. Они быстро пришли на помощь и на руках вытащили автомобиль.

Черняховский, пропустив машину вперед, сам зашагал в колонне батальона, заговорил с солдатами. Его интересовало, как их кормят.

— А письма регулярно получаете? — спросил Иван Данилович одного из молодых солдат.

— Мы, товарищу генерал, щодо листив не скривджени, — с мягким украинским выговором ответил тот. — Сьогодни я в походи дистав три листи.

Черняховский довольно заулыбался — земляка встретил! Много и правильно говорят о чуткости и внимании Ивана Даниловича к подчиненным. Приведу здесь пример (из книги Шарипова), показывающий это наглядно. Продолжая беседу, командарм спросил:

— Что же вам пишут?

— Про одне й те саме: «Коли звильните ридни миця». А моя наречена написала: «Якщо мене кохаеш, убий ще одного фашиста, помстися за моих матир и брата, яких розстриляли недолюдки». Товарищу генерал, я ость у мого товарищу Грицуна справи погани. Вин сам соромиться, то я зе нього скажу. Йому ни вид кого чекати листив. Вин у нас зовсим самотний.

— А где Грицун?

— То ось вин.

Черняховский спросил Грицуна:

— Что, у вас нет родных? И девушки нет?

— Були, товарищу генерал. Але на моей батькивщине, под Киевом, хозяйничуют фашисты, я не знаю, що з ридними, в вони не знають, де я…

— Это, брат, я тебе помогу их разыскать. — И командующий тут же поручил адъютанту, чтобы через московское радио было объявлено, на адрес какой полевой почты можно посылать письма Грицуну.

И через месяц Грицун получил больше сотни писем. Ему писали девушки, пионеры, старики. Он никогда не знал их, и они не знали его. В письмах одни называли его братом, другие лучшим другом, третьи — сыном. От родных все еще не было вестей.

Однако те письма от незнакомых людей, которые получал солдат, согревали ему душу.

60-я армия, успешно завершив операцию по освобождению Курска, выполняла новую, Льговскую операцию. Но к исходу второго дня наступления войска были остановлены упорным сопротивлением противника на рубеже Ольшанка — Любимовка. Нелегко давалась победа. Перед фронтом войск Черняховского снова складывалась сложная обстановка, снова требовалось противопоставить врагу внезапный маневр. Иван Данилович провел для этого сложное перемещение сил. Сковывая льговскую группировку врага в центре и нанося сокрушительные удары с флангов, войска 60-й 3 марта освободили город Льгов.

Когда машина командарма подъезжала к центру Льгова, Иван Данилович, беспредельно уставший от боевого напряжения, задремал.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.