Генератор желаний стр. 7
такая игра не научит вас ничему новому. Она будет способствовать лишь шахматному развитию Вашего партнера (если он играет хуже Вас, Ваши ходы для него неожиданны). Для того, чтобы в ходе игры возникло нечто принципиально новое, не существовавшее прежде ни в Вашей голове, ни в голове Вашего противника, необходима взаимная непредсказуемость ходов противостоящих сторон. Это – общее положение, применимое к любой игре, будь то шахматы, любовь, гонка вооружений, или же взаимодействие природы и общества. В случае природы и общества, непредсказуемость для природы действий ее противника обеспечивается тем, что природа лишена сознания, а значит и предвидения (если рассматривать природу отдельно от человека), непредсказуемость же ответных ходов природы для общества – тем, что не все законы природы еще познаны, и, я надеюсь, вряд ли когда-нибудь будут познаны все и до конца.
Итак, вроде бы получается, что условия для развития и прогресса имелись на всем протяжении истории человечества. Тогда почему история так изобилует тупиковыми формами обществ, обществ, которые не изменялись веками и в конце концов погибали в результате нашествия других народов, сумевших подняться на более высокий уровень развития? Почему до сих пор в джунглях находят племена застрявшие в каменном веке? Почему Египет фараонов или китайская империя могли просуществовать без особых изменений в течение тысячелетий? Почему из огромного числа цивилизаций, существовавших на Земле, одна лишь европейская оказалась на магистральном пути развития, все же остальные в тупике, из которого их вывело только нашествие европейцев? Каким образом все эти народы пришли в состояние информационного равновесия с окружающей средой?
Ясно, что при наличии сильного военного противника перестать развиваться – опасно. Противник обгонит и разгромит тебя. И китайская империя, и древний Египет начинались с маленьких враждующих царств. Более развитые поглощали отсталых. Но вот все ближайшие противники побеждены и подчинены. Дальше покорять некого, потому что дальше начинаются пустыни, горы, моря и другие естественные препятствия, непреодолимые при тогдашнем уровне техники. Таким образом, многие древние цивилизации оказывались изолированными друг от друга. У них не было противников, кроме окружавшей их природы. Разумеется, такая изоляция не обязательно должна вести к застою. Если для решения возникающих перед обществом проблем использовать технику, то природу можно превратить в достойного противника, способствующего развитию. (Как я уже говорил, при достаточно сильном воздействии техники на природу развитие превращается в самоподдерживающийся процесс.)
Но вся беда в том, что практически любая проблема, встающая перед обществом, допускает, как правило, два решения: помимо технического решения есть еще й социальное. Если для сооружения пирамиды вам нужно передвинуть огромный камень, то возможны два подхода. Первый – задуматься о том, как из палки сделать рычаг; Второй – задуматься о том, где раздобыть столько рабов, чтобы они и без рычага все смогли передвинуть. Первый путь технический, второй – социальный. На первом пути мы вступаем в диалог с природой. Диалог с непредсказуемыми ответами. На втором – мы пытаемся так изменить социальное поведение людей, чтобы добиться от них максимальной предсказуемости. Диалогом тут и не пахнет: раб не обсуждает приказ, он исполняет его.
Причем дело даже и не в рабах в узком смысле этого слова. Так называемые "свободные" крестьяне и ремесленники тоже могут быть вполне предсказуемыми автоматами, если их воспитать соответствующим