Гептамерон стр. 593
своего мужа, оросив плечо его слезами, и так горестно вздыхала и рыдала, что добрый герцог, боясь, что может потерять и жену и ребенка, решил сказать ей всю правду, – предупредив, однако, что, если она только кому-нибудь об этом расскажет, он сам тут же ее убьет. И она обещала ему молчать. И тогда несчастный муж поддался обману и рассказал ей все, что он видел, с начала и до конца. Жена его притворилась, что довольна тем, что услышала, но в глубине души думала нечто совсем иное. Однако, боясь гнева герцога, она постаралась скрыть свое чувство, как только могла.
Однажды на большом празднестве
при дворе герцога, куда она собрала всех дам из своих владений и где, в числе прочих, была его племянница, после ужина начались танцы, и каждый веселился, как мог. Но герцогине, которая видела, как красива и обольстительна племянница ее, госпожа дю Вержье, было не до веселья, и она не могла скрыть свое раздражение. Созвав всех дам и усадив их вокруг себя, она завела речь о любви и, заметив, что госпожа дю Вержье не принимает участия в общем разговоре, сказала ей, еле сдерживая свою ревность:
– Как же это так, любезная племянница, – может ли быть, чтобы при вашей красоте у вас не было ни друга, ни кавалера?
– Ваша светлость, – ответила ей госпожа дю Вержье, – красота эта для меня ничего не значит, ибо после кончины моего супруга мне не нужны никакие друзья, кроме моих детей, в которых вся моя радость.
– Любезная племянница, любезная племянница, – продолжала герцогиня с нескрываемой ненавистью, – нет такой тайной любви, которая бы не стала явной, и сколько ни дрессируй маленькую собачку, все равно рано или поздно все услышат, как она лает.
Можете себе представить, благородные дамы, в каком смятении и горе была бедная госпожа дю Вержье, увидав, что тайну ее, которую она столько лет скрывала от всех, разгласили и теперь ей не уйти от позора. Она нестерпимо страдала оттого, что потеряла честь, которую так заботливо берегла, но больнее всего для нее было подозрение, что ее возлюбленный нарушил данную ей клятву, – она так была уверена, что он никогда этого не сделает; значит, он полюбил другую, и та красивее, чем она, ибо ничто, кроме силы любви, не может заставить человека, позабыв обо всем, открыть свою душу.
Госпожа дю Вержье так умела владеть собой, что не выказала ничем своего смущения и, весело смеясь, ответила герцогине, что языку собак она не училась. Но как ни искусно она притворялась, сердце ее ныло от горя. Она встала и, пройдя покоями герцогини, удалилась в гардеробную, и это заметил герцог, расхаживавший в это время взад и вперед по залам. Когда несчастная увидела, что она одна, она без сил повалилась на кровать. Придворная дама, прикорнувшая в это время в уголке возле кровати, услышав шум, вскочила и сквозь полог увидела госпожу дю Вержье, но не посмела ей ничего сказать. И, сидя совсем тихо, принялась внимательно слушать, о чем бедная госпожа дю Вержье говорит с собой, думая, очевидно, что, кроме нее, в комнате никого нет. Едва живая от мук, та стала сетовать на свою горькую долю.
– О я несчастная, какие слова я только