Героинщики стр. 1202
всегда ведет себя как последний мудак, неважно, ломка у него или кайф, - отвечает Рентон и только сейчас осознает, как сильно жалеет, что не дал Мэтти по морде. - Всегда хотелось из этого подонка выбить все дерьмо. Наш Кит теперь надолго в тюрьму попадет, и все из нас. А этот мудак еще пытался над ним смеяться!
Боль усиливалась ... Рентон проклинал неосторожность всех тех нелепых поступков, на которые его толкнули жалкие остатки героина
в его организма. Скоро они совсем не смогут на ногах держаться. необходимо добраться домой, к заначке с валиумом. Обнявшись за плечи, по тропинкам они вышли к виадуку на Юнион-канале. Какая-то непонятная сила толкала их к этой похожей на череп арке, к жуткой полости внутри нее. Казалось, что эта величественное сооружение разделяет сонные улицы города и потусторонний мир. Эти резкие склоны вели к центральным улицам, тем холодным, серым главным артериям, так же хуйня происходила сейчас и в их артериях, Рентон с Кайфоломом вспотели и начали чесаться, как цыплята, которые только вылупились из скорлупы в своем тоненьком пушке.
Во Вьюфорте, когда они отошли от канала, начал накрапывать дождь. Шагая в направлении Брантсфилда, они наблюдали за яркими оранжевыми пятнами натриевых ламп, которые тускло освещали влажные улицы. Дальше они прошли напрямую через луг и направились к мосту Норд-Бридж. Улицы были совершенно пустыми, а потому свободными от пьяниц, которые заблудились в поисках такси, ночных баров или вечеринок. Сирена «скорой помощи» нагло встревожила ночную тишину и посеяла панику в их сердцах, заставив их, как крыс, бежать вниз по слабо освещенным задворкам Королевской мили, которые они быстренько пролетели, направляясь на Келтон-роуд. - Не могу больше терпеть этой бесконечной суеты! - кричит Кайфолом, вздрагивая от отвращения.
Пока они шли по темной и безлюдной улице, на Рентона нахлынули воспоминания о малом Дэйви. В доме стало так пусто и холодно без постоянного хаоса, который он привносил в их жизни. Семья распалась. Иногда что-то кажется ненужным, бесполезным, но, когда это что-то исчезает, все превращается в руины, в полную хуйню. Наконец он решил ответить Кайфолому на его высказывание.
- Согласись, странно, вот сейчас один миг, и вдруг его уже сменяет другой. Так и следующим поколениям будет насрать на нас. Для них мы будем парочкой смешно одетых онанистов, поблекшее фото которых потомки поставят в рамочку и иногда будут смотреть на него. И ни один известный мудак-режиссер не снимет о нашей жизни фильм.
Кайфолома испугали слова Рентона, он вдруг останавливается посреди пустой улицы.
- Ты сдался, друг! Вот в чем дело. Ты сдался.
- Может, и так, - соглашается Рентон. А может, Кайфолом в самом деле прав? В конце концов, у каждого в жизни наступает такой момент, когда исчерпывается запас слез и желание цепляться за этот мир.
- Нам пиздец. Если даже ты сдался, то мы точно обречены, - говорит он и шагает дальше; и вдруг позади них загрохотала одинокая машина. - Знаю, мы уже устали друг от друга, но ты - наша опора, тебя мы равнялись. Помнишь, тогда, когда мы ворвались в тот дом, ты спас ту девушку. Точнее, вы с Томми. Бэгби оставил бы ее там умирать, а мы