Гибель старых богов стр. 76
чуть животы не надорвали, когда представляли, как вы это золото нюхать будете. Ну, а потом вы пришли туда, куда нам было нужно.
Теушпа медленно багровел, представляя, как на него будут теперь смотреть воины. Мало того, что он вел их в поход, где четверть погибла, а еще четверть ранена, так еще эта история с золотом в куче дерьма, на которую он купился, как последний мальчишка.
— Может горло себе прямо тут перерезать, — обреченно подумал царь, — до седьмого колена моим потомкам эту историю вспоминать будут. — Нас еще много, и мы сильны, — упрямо сказал он.
— Тут ты не пройдешь, ты это и сам понимаешь. Назад вернуться тоже не сможешь. Если доедешь до прохода в скалах, сам увидишь. Поезжай, царь, посмотри, а потом тут на закате встретимся, я тебя ждать буду. Убитых своих забрать можете. Я всеми богами клянусь, мы не будем стрелять.
Царь молча развернулся и поскакал к войску. До прохода было от силы полчаса легкой рысью, а потому он с вождями племен решил убедиться во всем лично. Подъехав к проходу, они застыли в изумлении. Две сотни шагов, отделяющие их от свободы, были перекрыты сколоченными из заостренных бревен конструкциями, в которых наш современник уверенно опознал бы противотанковые ежи. Два ряда заостренных бревен, установленных через десять шагов, для конницы были непроницаемы. За бревнами стояла тяжелая пехота с длиннейшими копьями, а за ними лучники, готовые бить через головы товарищей. Первый ряд бойцов был укрыт ростовыми щитами и одет в доспехи. Пока они клали воинов, штурмуя проклятые телеги, сюда подошло войско и собрало из привезенных заранее кольев непроходимую преграду. Старейшины народа Гамирр поняли, что это все, выбраться из этой западни им не суждено.
— Ну что, почтенные, будем молиться духам предков, — прервал Теушпа тяжелое молчание. — Мы все останемся тут. Либо на копьях погибнем, либо от голода сдохнем. И золота тут нет, зазря поляжем.
— Надо договариваться, этот, на хорошем
коне, не зря же звал, — сказал один из вождей.
— И то правда, — приободрился царь.
На закате из обоих лагерей выехало по всаднику и встретились на том же месте.
— Посмотрел?
— Посмотрел. Мы можем прорваться, — упрямо заявил Теушпа.
— Можете, — не стал отрицать ташлишу, — Еще половину воинов положишь, и уйдешь. И как тебе такой поход? Тебя же будут потом назвать «дерьмовый царь» до конца жизни, тебе лучше в бою погибнуть, чем такой позор терпеть.
— Что тебе нужно? — вскипел Теушпа, — хочешь нас убить всех, так убей.
— Хотел бы убить, уже убивал бы, — резонно возразил Хумбан-Ундаш, — по мне, так лучше живой друг, чем мертвый враг.
— О чем это ты?
— Тебя кто сюда послал, я?
— Не ты, ассирийцы приходили, — хмуро согласился царь.
— Ну вот и объясни своим, что не мы ваши враги, а они. Мы вам проход дадим, и Аррапха ваша, там и войск почти нет.
— Ну да, а потом великий царь придет, и от моего народа даже памяти не останется.
— Да от твоего народа до конца года памяти не останется. Ты отсюда с пятью тысячами раненых уйдешь, а потом я к тебе в гости с двадцатью тысячами конных персов загляну. Скот угоним, баб помоложе заберем, остальных под нож. Сейчас мы разойдемся, и ты пойдешь ассирийцев