Гигиена убийцы. Ртуть (сборник) стр. 81
раз.
Франсуаза встала, чтобы попить воды. Из окна ее комнатушки открывался вид на ночное море. Она посмотрела в сторону острова, невидимого в темноте. Странное волнение охватило ее, когда она повторила про себя фразу, которую сказала своей начальнице: «Там есть кто-то, кто нуждается во мне».
Ей вспомнилось лицо Хэзел, и она вздрогнула.
На следующий день молодая девушка уже не пряталась под одеялом, а поджидала медсестру, сидя в постели. Выглядела она лучше, чем накануне, и приветствовала гостью веселым «Здравствуйте!».
Франсуаза поставила ей термометр. «Тридцать семь. Она уже здорова. У нее просто подскочила температура».
– Тридцать девять, – сказала она.
– Не может быть! Я ведь очень хорошо себя чувствую.
– Так часто бывает при высокой температуре.
– Капитан сказал, что мне грозит плеврит.
– Ему не следовало вам этого говорить.
– Наоборот, он правильно сделал! Я так рада, что моя болезнь серьезна, тем более что она совсем не причиняет мне страданий: от нее только выгода и никаких неудобств. Каждый день видеться с такой славной девушкой, как вы, – лучшего и пожелать нельзя.
– Уж не знаю, такая ли я славная.
– Вы не можете не быть хорошим человеком, раз вы здесь. Кроме моего опекуна, ко мне никто не приходит. Ни у кого не хватает духу. Самое ужасное, что я их понимаю, этих трусов: сама бы я на их месте еще не так боялась.
Медсестру так и подмывало спросить почему, но она опасалась, что стены здесь могут иметь уши.
– Вы – другое дело. При вашей работе вам не привыкать к подобным зрелищам.
В отчаянии оттого, что не может ни о чем спросить, молодая женщина принялась раскладывать шприцы.
– Мне нравится ваше имя – Франсуаза. Оно вам очень идет: красивое и серьезное.
На мгновение медсестра оторопела, потом рассмеялась.
– Это правда! Почему вы смеетесь? Вы красивая и серьезная.
– Да?
– Сколько вам лет? Я знаю, это нескромный вопрос. Не обижайтесь, меня никто не учил, как себя вести.
– Тридцать.
– Вы замужем?
– Не замужем, детей нет. Вы очень любопытны, мадемуазель.
– Зовите меня Хэзел. Да, я просто сгораю от любопытства. Есть от чего. Вы не можете даже представить, как я одинока здесь. Вы не можете представить, какая радость для меня поговорить с вами. Вы читали «Графа Монте-Кристо»?
– Да.
– Я сейчас как Эдмон Дантес в замке Иф. Много лет я не видела ни одного человеческого лица и вот прорыла ход в соседнюю камеру. А вы – аббат Фариа. Я плачу от счастья, ведь теперь я не одна. Мы целыми днями рассказываем друг другу о себе, говорим о пустяках и счастливы, потому что этих простых человеческих слов нам до смерти не хватало.
– Вы преувеличиваете. У вас есть Капитан, вы видите его каждый день.
У девушки вырвался нервный смешок.
– Да, – подтвердила она.
Медсестра ожидала признания, но его не последовало.
– А как вы будете меня лечить? Наверное, сначала выслушаете? Мне нужны какие-нибудь особые процедуры?
– Я сделаю вам массаж, – сказала Франсуаза первое, что пришло в голову.
– Массаж? От плеврита?
– Пользу массажа часто недооценивают. Хороший массажист может вывести из тела все токсины. Повернитесь на живот.
Медсестра провела ладонями по спине девушки. Ощутила сквозь белую ткань ночной сорочки, какая она худенькая. Разумеется, массаж был только предлогом, чтобы