Библиотека

Гимн Лейбовичу (С иллюстрациями) стр. 460

Размер шрифта
-
+
Тема

покровительством, предлагать кому бы то ни было сделать то, что церковь считает злом.

— О, я это вполне понимаю.

— Очень хорошо. Вы должны дать мне одно обещание, и тогда можете пользоваться нашим внутренним двором.

— Какое обещание?

— Что вы не будете никому советовать идти в «лагерь милосердия». Ограничьтесь диагнозом. Если вы обнаружите безнадежные случаи, скажите им то, что закон заставляет вас сказать, утешайте их, как хотите, но не говорите им, чтобы они отправлялись убивать себя.

Доктор заколебался.

— Я думаю, было бы правильно дать такое обещание лишь в отношении пациентов, исповедующих вашу веру.

Аббат Зерчи опустил глаза.

— Мне очень жаль, — сказал он

наконец, — но этого недостаточно.

— Почему? Другие не связывают себя вашими принципами. Если человек не исповедует вашу религию, почему вы не разрешаете ему… — Он сердито замолчал.

— Вы хотите, чтобы я объяснил вам?

— Да.

— Если человек не верит, будто нечто является верным, и действует в соответствии со своим невежеством, то он не совершает греха, ибо его естественного разума недостаточно, чтобы подсказать ему, что это неверно. Но если невежество может извинить человека, оно не извиняет действия, которое неверно само по себе. Если же я разрешу действие только потому, что человек не ведает об ошибке, то я совершу грех, ибо я-то знаю, что это ошибка. Все это мучительно просто.

— Послушайте, святой отец. Они сидят там и смотрят на вас. Некоторые стонут. Некоторые плачут. Некоторые только пришли. И все они говорят: «Доктор, что мне делать?» И что я могу предложить им в ответ? Ничего не сказать? Или сказать: «Вы умрете, вот и все»? Что бы вы сказали?

— «Молитесь».

— Да, вы бы сказали именно так. Послушайте, боль — это единственное зло, которое я знаю. Это единственное, с чем я могу бороться.

— Тогда да поможет вам бог.

— Антибиотики помогают мне куда больше.

Аббат Зерчи поискал резкий ответ, нашел его, но поспешно проглотил. Он отыскал чистый клочок бумаги, ручку и толкнул их по столу.

— Только напишите: «Я не буду предлагать эвтаназию ни одному пациенту, пока нахожусь в аббатстве», и подпишите это. Тогда вы сможете использовать наш внутренний двор.

— А если я откажусь?

— Тогда им придется тащиться еще две мили по шоссе.

— Без всякого сострадания…

— Совсем наоборот. Я даю вам возможность делать ваше дело в соответствии с законом, который признаете вы, не переступая в то же время закона, который признаю я. Будут они тащиться по шоссе или нет — зависит от вас.

Доктор уставился на чистый лист.

— Что вам даст, если я напишу это на бумаге?

— Я предпочитаю такой способ.

Доктор молча взял ручку и написал. Он посмотрел на написанное, затем поставил под ним свою подпись и выпрямился.

— Хорошо, вот вам обещание. Вы думаете это лучше, чем мое слово?

— Нет. Не обязательно. — Аббат свернул записку и сунул в рукав рясы. — Но это находится у меня, и вы знаете об этом, а я могу время от времени смотреть на это, вот и все. Кстати, вы держите свои обещания, доктор Корс?

Врач некоторое время разглядывал его.

— Держу, — пробормотал он, повернулся на каблуках и, гордо ступая, вышел вон.

— Брат Пат! — негромко позвал аббат Зерчи. — Брат Пат, вы здесь?

Секретарь подошел и остановился в дверях.

— Да, преподобный

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.