Библиотека

Гюда, самолетная томте стр. 4

Размер шрифта
-
+
Тема

помощников. Сверху аэроплан напоминал руну Тюр — длинное тело с боковыми ветками крыльев. Имя у него было иностранное: «Блерио». Хвост казался не очень-то прочным, так, пустота на перекладинках, да и весь аэроплан был какой-то хрупкий. Ниссе объяснил — это для меньшего веса. Кажется, он был рад оставить разговор о женитьбе и заняться самолетом. О моторе сказал диковинное: «Пятьдесят лошадиных сил» — как это так?.. Но переспросить Гюда не успела.

— Смотри, механик заливает бензин. Пропеллер крутнул. Все, теперь можно включать зажигание.

— Что?

— Мотор запускать. Слышишь?

Сквозь гомон толпы пробивался странный звук — будто жужжал огромный, ростом с тюленя, хрущак.

— Вот, видишь, пилот поднял руку, сейчас помощники отойдут… о-о-о, побежал!

Аэроплан понесся вперед, споро, как автомобиль, словно собирался укатить в город на своих колесах, а потом… потом его оторвало от земли. Он не махал крыльями, как птица, было иначе: так отрывает лыжника, когда он катится с горки и попадает на крутой уступ. Но здесь под ним было гладкое поле, зеленая трава, а он упал вверх, будто вниз, без возврата, и Гюда обхватила кленовый ствол, чтобы не упасть туда вслед за ним. Толпа взорвалась воплями. Ниссе тоже орал от восторга и бил в ладоши.

А он летел, как стрекоза, он и похож был на стрекозу, и звук похож. Но стрекозы не выписывают плавных кривых, кругов и восьмерок — так конькобежец на замерзшем канале невозмутимо показывает свое мастерство, ничуть не замечая восхищенных девичьих взоров. И вдруг он поравнялся с вершиной клена, и Гюда различила над туманным кругом винта лицо пилота. Ну как лицо: две блестящие бляхи очков и сжатые губы. Он мчался прямо на них, но, конечно, их не видел, только зеленую крону, вставшую на его пути, и что-то сделал, от чего его «Блерио» отвильнул вверх. А за ним хлестнул ветер, как волна за промчавшейся мимо парусной лодкой, рванул за все листья сразу, так что Ниссе обеими руками схватил свой колпак.

Аэроплан заложил еще одну петлю и пошел вниз. Ударился о землю (клен легонько вздрогнул в ответ) и быстро покатился. Над толпой взлетали шапки и шляпы.

Гюда перевела дыхание. Шум прудовой водой колыхался в ушах. Медленно, как бы нехотя вспомнила: она — Гюда Энарсон, девица томте с постоялого двора в Лидингё. Дочь, внучка, правнучка, племянница, тетка, сестра. Невеста. Та, кто сидит здесь на дереве в тетином ожерелье и новой юбке. В глазах у нее летал аэроплан.

— Гюда, ты как? Напугалась?

Она помотала головой.

— Ниссе, не отведешь ли ты меня туда, где они держат его? Хочу посмотреть его близко… Аэроплан, кого еще!

* * *

Аэроплан «Блерио» стоял в старом амбаре, где по углам еще лежала солома. Было там темновато, но кому из томте это мешало?

Полированные сосновые рейки. Всего четыре длинные («лонжероны») образовывали хвост, а короткие («нервюры») соединяли их, вроде мережки в вышитой скатерти. Нет, не весь деревянный, голова обшита железом. Колеса — два больших и третье малое, подпирающее хвост — были на пружинах, чтобы не сломаться при посадке. Крылья туго обтянуты льняным полотном, они тоже решетчатые, из реек, а держат их толстые рояльные струны. (Отстань, Ниссе, не до тебя!) Много, много струн, надежно

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.