Гладиатор забытых созвездий стр. 167
сидим на вулкане? – уточнил Баюн.
В минуты опасности старый робот-нянька не терялся, не искал виновных, как это бывает у людей. Наоборот, в такие минуты он бывал сосредоточен, внешне спокоен, быстро просчитывал возможные варианты и принимал решения, не позволяя ни себе, ни окружающим упасть духом.
– Совершенно верно. Обшивка пробита, бак подтекает, и каждую минуту мы можем взлететь на воздух.
Пират говорил спокойно, но старался при этом не смотреть на Василису. Он чувствовал себя виноватым: хотел спасти ее, увезя с планеты Вечных Ветров, а вместо этого подверг девушку смертельной опасности.
– Бедный наш кораблик! – прогудел Грохотун. – И что же нам делать, капитан? Может, вернемся на планету Вечных Ветров и постараемся починиться?
– Нереально. «Странник» не выдержит даже самой мягкой посадки. Еще в атмосфере мы расколемся, и нас постигнет участь «Стрелы».
При напоминании об этом Василиса вздрогнула и прижала к себе Пшика. Хотя пес и не понимал, что происходит, но волнение хозяйки передалось и ему, и он стал еле слышно подскуливать.
Попугай, питая слабость к подражанию, тоже стал подскуливать, еще больше вызывая недовольство собаки.
– Эй вы, паникеры! – рявкнул Грохотун. – А ну, цыц! Устроили тут скулеж!
– Ты мне рот-то не затыкай! – оскорбился попугай, нахохлившись и становясь похожим на мокрого дикобраза. – И не смей называть меня паникером… Кстати сказать, я только что вспомнил очень забавный анекдот. Могу поделиться. Прилетает одна старуха на Деметру и видит тиранозавра. «Ух ты, – говорит она. – Какая милая зверушка! Смотрите, она мне улыбается». – «Нет, – говорит проводник, – вы ошиблись, мадам. Просто он открыл рот, чтобы вас сожрать».
И птица довольно замолчала, видимо, ожидая всеобщего хохота. Но все почему-то молчали. Тогда попугай сам засмеялся своему анекдоту, а Лависса при этом подумала, что у него смех звучит так, будто он подавился конфетой и кашляет.
– Неужели никому не смешно? – грустно спросил попугай. – Ну и ладно, буду молчать, раз вы такие мрачные.
Он уселся на навигационный куб и принялся демонстративно вздыхать так громко, будто был по меньшей мере страусом.
– У нас есть один шанс, – сказал вдруг капитан Крокс, решительно вставая. – При
этом я никого не хочу обнадеживать. Выбирайте сами. Или мы будем продолжать висеть в космосе и ждать, пока не закончится воздух или двигатель не разогреется настолько, что рванет топливо.
– А второй шанс? – быстро спросил Андрей, которому первая перспектива не очень-то понравилась.
– Или же мы рискнем, и тогда, кто знает, может быть, спасемся, – ответил Крокс.
– Что это за шанс, капитан? – поинтересовалась Лависса.
– Попытаться использовать пространственный перемещатель и перенестись на Деметру. При этом «Звездный странник» придется оставить. Возможно, я вернусь за ним позднее, если смогу достать новый звездолет.
– На Деметру? – встревожился Баюн. – Но пространственный перемещатель опасно использовать на таком расстоянии! Мы не знаем сектора космоса, где сейчас находимся. Если мы попадем в искривление гиперпространства, то никогда не доберемся до Деметры. Это все равно, что шагнуть с двадцатиметровой вышки в бассейн и затеряться где-то посередине, так никогда и не долетев до воды.
– Как бы там ни было, это наш единственный шанс! – твердо сказал пират.
– Другого нет?
– Нет.
– Какова вероятность счастливого исхода? – спросил Андрей.
– Никто никогда не измерял такой вероятности, – усмехнулся Крокс. – Используя твой же удачный пример с бассейном, Баюн, я