Главные правила попаданки стр. 94
ладони, Джервис охнул и согнулся.
— Ну как, льесса Крейн? Не передумали? Продадите землю?
Я бы сейчас согласилась продать что угодно, хоть землю, хоть душу, но Джервис медленно выпрямился, посмотрел мне в лицо и едва заметно качнул головой.
— Нет, не передумала.
— Тогда продолжим.
Я зажмурилась и услышала глухой удар. Потом еще один. И еще.
— Я же сказал — не испачкай ковер!
В голосе Антиони звучала неприкрытая злость. Я поспешно распахнула глаза и ахнула. До боли прикусила губу, чтобы не закричать. Из угла рта бледного Джервиса бежала тоненькая струйка крови. Он поймал мой взгляд, неожиданно подмигнул и сплюнул на ковер. Антиони так и взвился. Он изрыгнул порцию площадных ругательств, перевел дух и велел:
— В подвал этих двоих! Позовете меня, когда девка согласится подписать купчую!
Меня схватили за плечи и рывком поставили на ноги. Джервиса так сильно толкнули в спину, что он едва удержал равновесие. Дверь распахнулась и… и я ничего не поняла. Комнату заволок серый удушливый дым, от которого мигом заслезились глаза и запершило в горле. Кто-то рванул меня руку, чей-то встревоженный голос спросил:
— Льесса Крейн. Льесса Крейн, вы в порядке?
В дыму двигались темные фигуры. Сквозь слезы я разглядела, как одним точным ударом уложили на пол избивавшего Джервиса типа. Меня настойчиво тянули в коридор, и, покидая комнату, я успела услышать:
— Карл Антиони, вы арестованы именем короны…
— Кажется, ковер ему все-таки испортили, — пробормотала я.
А потом в глазах потемнело, в ушах раздался противный звон, на голову словно натянули плотную тяжелую шапку, и я провалилась в небытие.
* * *Опять белые стены и потолок. Опять встревоженное лицо склонившейся надо мной женщины. Все точно так, как и в тот день, когда я очнулась в теле Элайны Крейн. Я открыла глаза и испуганно охнула. Что, если я вернулась домой? А Джервис, Миранда и мьесси Корс остались в другом, недоступном для меня, мире? Я поспешно приподняла руку и с облегчением выдохнула. Да, это рука Элайны, тонкая, изящная, со ссадинами от веревок на запястье.
— Не двигайтесь, льесса. Если хотите пить, моргните, пожалуйста.
Хочу ли я пить? Да я умираю от жажды!
Я поспешно моргнула, а потом ещё раз и еще. На всякий случай.
— Сейчас я помогу вам.
Мою голову заботливо приподняли, к губам поднесли странный сосуд, смахивающий на кружку для приема минеральной воды из моего родного мира. Я жадно пила и никак не могла напиться.
— Достаточно, льесса. Пока хватит.
Воду у меня отобрали, голову вернули на подушку.
— А где…
Договорить я не смогла, зашлась в приступе кашля.
— Потом, льесса. Все потом. Пока спите.
К лицу прижалось что-то прохладное, резко пахнущее, и меня вновь накрыла темнота.
* * *Во второй раз я очнулась, когда палату заливал неяркий солнечный свет. Видневшийся в окне кусочек неба расчерчивали алые полосы. Я повернула голову и увидела все ту же сиделку.
— Сейчас утро или вечер? — хрипло спросила я.
Она вздрогнула от неожиданности, но тут же заученно улыбнулась.
— Утро, льесса. Быть может, еще поспите?
— Выспалась уже, — буркнула я. — Простите.
— Все в порядке. Сейчас я принесу вам куриного бульона, а немного погодя придет доктор.
— Скажите, а…
— Потом, льесса, все расспросы потом.
Бульон показался