Глаз ночи стр. 3
усмехнулась и тоже поставила на тринадцать. Естественно, они проиграли. Длинноволосый молодой человек трагически поднял руки к потолку, потом начал рвать на себе волосы.
К нему туг же устремился охранник, а женщина отошла в сторону и оказалась поблизости от Петра Степановича.
— Что-то мне сегодня не везет, — задумчиво сказала она, глядя, как кружится шарик.
— Рискнем еще раз на нечет? — неожиданно для себя предложил Петр Степанович.
Она оглянулась и улыбнулась ему легко и дружелюбно. Они поставили на нечет и проиграли. Но нисколько от этого не огорчились — не везет, так не везет!
— Что ж, — дама посмотрела на часы в зале, — пожалуй, мне пора. Обычно я люблю смотреть на здешнюю публику, — пояснила она, — но сегодня что-то не хочется.
— Разве вы не хотите отыграться? — на всякий случай спросил Петр Степанович.
— Я никогда не отыгрываюсь, — получил он тот ответ, которого и ожидал, — это очень вредная привычка — отыгрываться.
— Согласен с вами. — Петр Степанович наклонил голову. — И.., вы позволите предложить вам коктейль?
— С удовольствием! — Снова в ее улыбке не было и тени женского кокетства, а просто открытое дружелюбие. — Здесь так жарко, нужно немного отдохнуть перед тем, как садиться за руль.
В баре было тихо и полутемно. Петру Степановичу понравилось, что его спутница не стала брать всякую сладенькую дамскую дребедень типа «Пинакалады», а попросила «Манхеттен».
— Я позволяю себе только один, — заметила она, — не люблю садиться за руль в подпитии.
Они познакомились, женщина сказала, что ее зовут Анна, что она часто бывает в Петербурге по делам и вообще любит этот город.
Она взяла бокал с коктейлем правой рукой, и Петр Степанович заметил узкий ободок обручального кольца. Ему понравилось, что она не расспрашивает его о работе и вообще о жизни, понравилось и то, что сама не рассказывает о себе никаких подробностей.
Она только упомянула вскользь, что очень много бывает за границей, и Шумелов окончательно утвердился во мнении, что муж Анны богатый человек.
— Вот теперь мне точно пора. — Она легко и грациозно поднялась из-за столика.
Петр Степанович расплатился и поспешил за ней.
— Удивительно приятный октябрь, — заметила Анна, накидывая пальто, — обычно я зиму стараюсь проводить в теплых краях, потому что терпеть не могу холода и снега, а лед предпочитаю видеть только в стакане с виски, но в этот сезон так не хочется уезжать…
Они вышли на площадку перед казино.
Деревья вокруг были покрыты светящимися лампочками, фонари озаряли площадку причудливым мягким светом. На крыше блестела и переливалась разноцветными огнями надпись «Казино Какаду», и светился силуэт огромного яркого попугая с хохолком на затылке. У
Анны оказалась черная двухместная «ауди» с откидным замшевым верхом.
Он вдруг вспомнил, что так и не спросил, как часто она бывает в казино, и неожиданно для самого себя забеспокоился.
Анна открыла дверцу, села и помахала ему рукой. Петр Степанович мгновенно взмолился, чтобы ее машина сломалась. Мотор завелся, но тут же заглох. Анна попробовала снова и нахмурилась. Мотор поработал немного и опять заглох. Петр Степанович наклонился к открывающемуся окну.
— Какая-то неприятность с машиной, — расстроенно сказала Анна, — не могу тронуться с места.
— Могу я вас подвезти? — предложил Петр Степанович.
— Это было бы очень любезно с вашей стороны, — обрадовалась Анна, — а машину я