Гнев Пигмалиона стр. 166
теплое дуновение над самым ухом. Рука ее непроизвольно взлетела к виску – туда, где ее коснулся теплый воздух, и в ту же минуту на ее плечо легла чья-то мягкая ладонь. Обернувшись, Наташа увидела Регину.
– Пойдем, – шепнула та, – сейчас будут закапывать!
Наташа позволила Регине увлечь себя в сторону от гроба, возле которого закопошились могильщики. Они деловито извлекли все цветы и распихали их в руки стоящих рядом людей. Она услышала всхлипы справа от себя и удивленно обернулась: ей показалось странным, что обычно циничная Регина плачет.
– Вот, возьми, – сказала девушка, протягивая женщине платок.
У портрета Виктора образовалась гора цветов, и Лапиков с женой раздавали всем желающим помянуть художника пластиковые стаканчики, наполненные «Абсолютом». Собаки по-прежнему таились под деревьями, готовые в любой момент пуститься наутек, если присутствующим вздумается их прогонять. Однако никто не собирался этого делать, и несколько сердобольных скорбящих даже кинули псам бутерброды, которых оказалось слишком много, чтобы их все можно было съесть.
– Мне очень жаль, – вдруг сказала Наташа, обращаясь к Регине. Та изумленно устремила на девушку заплаканные глаза, с трудом выговорив:
– П-почему?
– Из-за меня ты все потеряла! Светлогоров… Наш с Виктором план причинил тебе много неприятностей!
– Не будь дурой! – сердито воскликнула Регина, вытирая слезы. – Грех такое говорить, но мне нужно поблагодарить вас за то, что все так сложилось!
– Ты о чем?
– Да о том, дорогая, что я теперь – богатая вдова! Мы с Рудольфом не разводились, и все принадлежащее ему имущество, а также банковские вклады теперь – мои. Через полгода я вступлю в наследство…
Регина не договорила: новый приступ рыданий сотряс ее, и она снова уткнулась в носовой платок.
– Мама, не плачь! – услышала Наташа жалобный детский голосок, и девочка в черной каракулевой шубке, воротник которой поддерживал в стоячем состоянии толстый синий шарф, взяла Регину за руку. – Смотри, тетя ведь не плачет, и ты не плачь!
– Твоя дочка? – спросила Наташа.
Регина кивнула.
– Как тебя зовут? – спросила Наташа, присев на корточки.
– Полина, – дружелюбно ответила та. Наташа почувствовала, как ее желудок проваливается вниз: на нее смотрели удивительно знакомые, большие, льдисто-голубые глаза! Протянув руку, она осторожно коснулась мягкой, розовой от ветра щеки девочки, и снизу вверх взглянула на Регину. В ее взгляде застыл немой вопрос, и та судорожно кивнула.
– Это?.. – внезапно севшим голосом пролепетала Наташа.
Регина снова кивнула, комкая в руке платок.
– А Виктор… Он знал?
Женщина покачала головой.
– Зачем? – она слегка пожала плечами. – Мы были детьми, когда это случилось, напились на какой-то тусовке… С тех пор мы редко встречались, а потом я вышла за Рудольфа. Ты ведь знаешь, я искала выгодного брака, а Виктор тогда считался всего лишь «молодым и подающим надежды»! Ему это было ни к чему, да и мне афишировать наличие ребенка не хотелось – кому нужна модель мать-одиночка?
– И он никогда не встречался… с Полиной?
– Никогда, – подтвердила Регина. – Если бы… Он бы узнал ее, понимаешь? Ты ведь узнала! Это бы все усложнило… Виктор однолюб, он всегда любил только Лариску, даже после развода… Рудольф и вовсе не знал, что у меня есть ребенок! Может, я поступила неправильно, но теперь уже ничего не изменить…
– Ты расскажешь ей?
Девочка, нахмурив брови, переводила взгляд с матери на