Библиотека

Гномий Клинок стр. 177

Размер шрифта
-
+
Тема

его меча, мешая разглядеть форму. Она не давала сосредоточиться, перевести дух — а в воздухе вновь зазвучали слова бога:

— Ты быстр и ловок, но я — новая сила, пришедшая в этот мир! Смирись, и прими свою судьбу! Подари мне свою жизнь — и, может быть, я оставлю тебе крохи, позволяющие прожить немного подольше.

Тьма морочила, уводя взгляд, вызывая напряжение. Перед глазами всё двоилось, пот тёк градом и в руках возникала противная дрожь. Элан вздохнул — и прикрыл глаза. Он кинулся вперёд, ориентируясь не на слабый полуразмытый силуэт — а на ненависть, на ужас, стекающий с чужого меча, на белесую тьму, составляющую его сущность. На боль, причиняемую его яростными ударами, на растерянность и страх начавшего отступать чуждого ему божка, привыкшего к покорности безвольных жертв, а не к гневу впавшего в неистовство бойца. Он не открывал глаз, чувствуя, что его удары бьют точно в цель — и в какой то миг страшный рёв потряс стены зала, заставляя раскалываться камни и змеиться трещинами по стенам, и человек понял, что попал. Чужая энергия хлынула водопадом, ревущий поток странных сил захлестнул его, закрутил соломинкой в водовороте; хранителя несколько раз ударило о стены, заставив выпустить рукоять меча — и он открыл глаза.

Хрустальный пепел лежал на

мече тьмы, и фиолетовое сияние боролось с подступавшим сумраком; даже пребывающие в неподвижности, клинки продолжали яростную схватку. Человек же весел посреди пещеры, стиснутый железными лапами молодого бога. Искажённое мукой и яростью лицо скалилось ему в глаза, а огромные ручищи мощными тисками выдавливали из обездвиженного хранителя крохи жизни, тут же подхватываемые и съедаемые страшным духом.

«— Настоящий удар рождается в сердце, набирает мощь в теле, направляется разумом и заканчивается поражением противника. Заметь — он не ограничен длинной рук или ног: его окончание — это тело твоего соперника. Люди пользуются мечами, копьями и стрелами, пытаясь сделать удар совершенным; мы же просто используем возможности своего организма.»

— На! — Чужой бог отлетел к стене, разбрызгивая кровь из открытой раны. Элан кинулся к мечам, подхватил ставшими горячими рукояти и, подскочив к растерянному Кавншугу, принялся полосовать огромное тело, делая его зыбким и эфемерным, заставляя растечься бесплотным туманом чужих надежд и стремлений, сгинуть, исчезнуть… От дикого крика затряслись стены, вызвав очередной камнепад. Дух кинулся вперёд, выбивая мечи, обхватывая хранителя в плотный неразрываемый кокон.

— Ну нет! Здесь и сейчас, внутри тела твоей любимой драконессы, я бессмертен — потому что питаюсь её межзвёздной пылью, её энергией, её сутью — уничтожая меня, ты уничтожаешь её! А я — просто наслаждаюсь сытным ужином!

Ответом ему был яростный рёв. Если раньше от крика закладывало уши, то теперь бог отлетел к стене, придавленный упавшей на него глыбой, и в ужасе следил, как посреди пещеры трансформируется впавший в боевое неистовство хранитель.

— Нет! Никто не уничтожит моего дракона! Это часть меня, я в ответе за неё — и никакие захудалые божки не причинят ей ни боли, не страданий!

Рёв всё нарастал, становясь басовитей и глуше. Камень начал осыпаться всё большими кусками, не затрагивая, впрочем, фиолетового смерча посредине пещеры, где ревел и бесновался некто большой и прекрасный, осознающий свою новую суть — суть хранителя всех народов, вобравший в

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.