Библиотека

«Годзилла» стр. 120

Размер шрифта
-
+
Тема

Рацык лишь развёл руками. Нас всех построили в бодряке и принялись шмонать. Хлеб ни у кого не обнаружили, а по наличию крошек в моём кармане всю вину тут же повесили на меня, и хотя крошки были уже сухими и дураку было понятно, что они давнишние, Секач поставил нас на кости. Мы стояли около часа и никто не признавался, куда подевался весь хлеб. Кесарь принёс дубинку и предложил Секачу нас проучить. Начкару же всё не давала покоя недосказанность и он, расхаживая между нами, обратил взор на тэсэошника.

— Что-то мне Напалм не нравится, сидит себе смирно, молчит, ну-ка вставай!

Напалм встал. Секач подошёл к нему, стал досматривать, расстегнул на нём китель и куски хлеба посыпались на пол. Все мы были в шоке. В караулке на мгновение повисло молчание и даже сам Секач не знал, что сказать.

— Ты ведь понимаешь, что я сейчас бы пропиздил всех твоих пацанов дубиналом? И ты что, падла, так бы тихо сидел и молча слушал страдания своего периода?!

Напалм потупил взор и виновато опустил голову.

Нас подняли с костей, а его тут же перевели в крысы.

Потом я видел, как Гурский с Рацыком поставили Напалма в долбанах на кости и пару раз проехались с ноги по его рёбрам. Жалкое зрелище.

Теперь же мы, три дежа, сидели в теньке и ленно наблюдали за работой «слонов» с Напалмом. «Слоны» пилили брёвна, разрубали чурки на дрова и относили их под навес. Напалм занимался укладкой. Глядя на них, я с содроганием вспоминал, как ишачил тут «по слонячке». Тогда работа казалась не такой уж и пыльной, и мы трудились, ожидая, когда нам разрешат отправить кого-нибудь в чифан за пакетом сладостей. Теперь уже мы отправляли гонца за съестным. «Слоны» угощали нас и все были довольны.

Потом наступало время дрёмы. Вот же странно, сна мне хватало, но от ничегонеделания, спать хотелось ещё больше. Тело казалось ватным и я даже не представлял, как раньше все эти месяцы беспросветно пахал, прерываясь лишь на сон и жалкий паёк.

На дровяном «трудились» до ужина, пока за нами не приходил Мука или другой дежурный, отводивший нас в столовую.

Воздух без команд и вечно недовольных физиономий «шакалов» воочию изменился и я уже стал побаиваться их возврата.

***

Между дежурствами, в свободное время по вечерам, я таки дорвался до тренажёров, которые располагались в роте. Делал жим лёжа, тягал гантели и качал пресс, чтобы немного прийти в форму. Включал через DVD свою музыку, да погромче и жал железо.

Видимо, я был первым, кто крутил в этих стенах панк-рок и пацаны с соседней третьей роты, да и наши, натуральным образом охреневали от моих вкусов. Я даже пару раз включал свои демки и говорил всем, что это мои песни. Пацаны, прежде и не слыхавшие ничего кроме своей рэпчинки и прочей посни, только крутили у висков.

Как-то в роту зарвался майор Швока и когда я делал очередной подход, обрубил мою вакханалию. Ему совершенно не понравились Rage against the mashin, да и должны ли были понравиться?

— Что это за разлагающие наш боевой дух пиндосовские выкрики, отставить!

По его уходу я сделал ещё громче. На зло. Протест и негодование только будоражили мою юную кровь.

***

А потом у нас в роте случился залёт. Не бывает худа без добра.

Я отправился спать в очередную из своих положенных отдыхающих, оставив Напалма на тумбе, бдить и следить за ситуацией в роте.

Где-то через час меня толчком в плечи разбудил капитан Головач.

— Просыпайся, дежурный! Раз уж твой дневальный не может нормально стоять на тумбе, стой за него!

Я вскочил, едва задремав, не понимая в чём дело. Подошёл к обескураженному Напалму и расспросил, что случилось.

Оказалось, ему страх как захотелось курить и он попросил проходящего мимом «слона» из третьей роты постоять за него пять минут на тумбочке. В это время, пока он прохлаждался в курилке, вытянув вперёд свои долговязые ноги, в роту зашёл Головач, увидел подозрительное лицо и поехало…

На мгновение

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.