Голос Древних [СИ] стр. 60
победу над истинным воином.
— Чушь, истинные воины стоят недорого. А в этом испытании их вообще выдают бесплатно.
— Вспомни об этом, когда я буду пожирать тебя заживо.
— А будет ли чем пожирать?
Охотек открыл сорок девятый карман, который был заблокирован днк-замком, и с трудом вытащил изнутри тяжёлый обтекаемый дезинтегратор, одно из самых эффективных оружий в галактике. Только дезинтеграторы были стационарные и размером как минимум с крейсерную туррель, а кто умудрился сделать ручную версию и сколько она стоила — было даже сложно представить.
— Ну давай, — сказал коротышка воинственно. — Твои щупальца против моих артефактов двухсот двадцати двух выдающихся цивилизаций. Это будет бой на века.
— Да будет так.
Схазма отпустила синюю звезду, та отлетела вперёд и застыла в воздухе, кратко пульсируя перед тем, как исчезнуть. Охотек сделал то же самое. Они замерли напротив друг друга, глаза Схазмы закрылись и заросли, она ослепла, чтобы подчеркнуть, что не нуждается в таких мелочах. А глаза коротышки азартно сверкали. Ведь за миг до того, как звёзды погасли, он швырнул в Схазму дезинтегратор.
Ей было абсолютно нечего бояться, до старта боя поле Древних давало абсолютную защиту. Но сэлла среагировала инстинктивно и мгновенно, ведь её чувства и реакции были куда совершеннее, чем у неуклюжего, пухлого коротыша. Щупальца взметнулись и выстрелили упреждающим сгустком паутин, они сбили дезинтегратор в полёте, поймали его в кокон и прилепили к полу… Вот только всё мельтешение отвлекло Схазму и помешало ей увидеть, как в самый последний момент Охотек сделал только одно, простейшее действие: схватил свою гаснущую звезду. И окутался ярким синим светом.
А сэлла уже не успела.
— Ты обманул, — она рассмеялась от неожиданности.
— Конечно, — донеслось из синего света. — Вы все такие благородные. А я нор…
Его бубнящий невыразительный голос смолк, и синий свет сложился в невысокую гуманоидную фигуру, которая казалась хрупкой. Это была старая женщина какой-то расы, весьма похожей на людей, но с мелкими чертами лица, бледно-серой кожей и белыми волосами, не седыми, а лишёнными всякого пигмента. Сухощавая, кожа да кости, она не казалась болезненной, а скорее наоборот, очень ладной. Во всём её облике было что-то идеально-скроенное и окончательное, гармоничное.
Лёгкое старческое тело укрывали ниспадающие серые ленты, которые складывались в простую мантию из вертикальных полос. Внимание приковывали глаза: огромные и яркие, они сверкали изумрудным цветом, в них отражались опыт, мысль и спокойствие. На пергаментном лбу серой женщины рос маленький, аккуратный зелёный цветок.
Тихий вздох — Схазма дрогнула, увидев врага. Вся её гибкая громада непроизвольно сжалась и отшатнулась, глаза метались в поисках выхода, щупальца шарили вокруг, а рты беспорядочно закрывались и раскрывались по всему телу, отчаянно дыша. Но выхода с арены не было.
Резко дёрнувшись, Схазма атаковала неподвижную женщину — но казалось, что ни одна клетка в её теле не может выполнить волю сэллы. Щупальца конвульсивно сокращались, не в силах притронуться к старухе, набухшие кислотные шары и колючие иглы тряслись, но так и не смогли выстрелить в её сторону. Глотка Схазмы перестроилась, выстлавшись тусклым серебристым слоем, и оттуда вырвался поток испепеляющего огня — но собственная плоть сэллы восстала и приняла его на себя, защищая женщину: щупальца сэллы взметнулись и закрыли врага, сгорая и оплавляясь. Ледяной гейзер из пучка сросшихся тентаклей извергся в сторону, и тяжёлые глыбы бессильно падали на платформу далеко от старухи, раскалываясь на куски. Атака за атакой срывались и били мимо.
— А-а-а-а! — мучительно простонала Схазма, не от боли, а от бессилия. — А-а-а-а…
Серая женщина не двинулась и ничего не сказала, она внимательно смотрела на конвульсии чудовища, пока цветок во лбу медленно и неотвратимо раскрывал лепестки. Когда он раскрылся, вокруг головы старухи возник едва заметный зелёный ореол. Одиссей знал, что таким образом она отдала приказ , не с помощью голоса, звука или света, не вибрацией и не символом — а сложной химической реакцией. Цветок выделил запах, несущий непререкаемый биохимический код:
«Деэволюционируй».
И ни одна сэлла во вселенной не могла не подчиниться ему.
— НЕТ! — утробно взвыла Схазма, по всей её громаде прошёл спазм ужаса. — НЕТ!
Волны корчи исковеркали непобедимую массу, они взрывались изнутри, а стоящие вне арены затаив