Голоса Америки. Из народного творчества США. Баллады, легенды, сказки, притчи, песни, стихи стр. 7
Счастливы будем на новых землях!»
Вот что на месте большого совета
Красивый Бобр и Седая Птица
Людям взволнованным говорили.
«Скорей на восток! На Змеиный остров!
Скорей на восток — там наше спасенье!»
Так, обращаясь к вождям почтенным,
Столпившись на месте большого совета,
Кричали обрадованные люди.
7Назавтра же собрались все люди,
Все племя — от мала и до велика —
У ледяных утесов прибрежных,
Где начиналось Твердое море,
Пришли изверившиеся в братстве,
Пришли ненавидящие друг друга,
Пришли измученные страданьем,
Болезнями, голодом, страхом, злобой,
Пришли, чтобы двинуться в путь далекий,
В дерзостный путь — на поиски счастья,
Через громадное Твердое море,
К другим, неведомым побережьям,
С женами и детьми явились,
Со стариками, с домашними псами,
С луками, копьями, топорами,
Со всей небогатой своей поклажей.
Пришли и огромной, зловещей толпою,
Застывшей в тревоге и ожиданье,
Вдоль голого берега расположились.
Каким был плачевным и страшным облик
Этих людей, позабывших правду,
Этих людей, изменивших братству,
Этих людей, потерявших счастье!
Были блуждающие их взоры
Полны недоверия и боязни,
Были худы и черны их лица,
Как будто обуглились над кострами,
Тела уродливы и костлявы,
Как будто звери их обглодали,
А из‑под жалких, гнилых лохмотьев,
Как у скелетов, торчали ребра.
Всего же страшнее глаза их были, —
Тусклые, как угольки под пеплом,
Жадной надеждой они светились,
Мерцали от хищного нетерпенья,
Как у волков, готовых вцепиться
В почти настигнутую добычу.
Но вот костер на священном камне
Померк, догорая, и дым высокий
От принесенного в жертву оленя
Смешался с нависшими облаками,
Окончили с небом святую беседу
Красивый Бобр и Седая Птица
И подали знак отправляться в дорогу.
Двинулось племя вслед за вождями,
Двинулись толпы переселенцев
С детьми и женами, со стариками,
Со всей небогатой своей поклажей —
Двинулись в путь по Твердому морю,
По удивительной, камнем застывшей,
Скользкой воде — воде ненадежной,
Готовой сломаться в любое мгновенье.
И страшно порой становилось людям —
Знали они: под корой ледяною
Черная глубь водяная таится,
Бездонная, гибельная пучина,
Миг — и сломаются эти льдины,
Жадною пастью раскроются льдины
И дерзких путников похоронят.
Но помнили люди, что обещал им
Небесный вождь — великий Манито,
Помнили люди о клятве священной,
В день отправления произнесенной, —
Снова правдивыми быть старались,
Снова сплоченными быть старались,
Старались ни разу в пути не вспомнить
О прежних обидах, раздорах, спорах
И о жестоких братоубийствах.
И помогал им великий Манито,
Давал им силу, давал удачу,
И не ломались под ними льдины,
И шли все дальше переселенцы,
Шли на восток — на поиски счастья,
Шли, чтобы с берега вечного снега
Переселиться на берег цветущий —
На благодатный Змеиный остров,
И после мучительных десятилетий,
Полных отчаянья, страха, злобы,
Впервые в этих сердцах почерневших,
Впервые в этих глазах потускневших
Надежда новая разгоралась.
8Но с каждым днем все труднее было
Людям шагать через Твердое море:
Стужа крепчала, ветры свистели
Над ледяным неоглядным простором.
Вьюга слепила и с ног валила —
И негде укрыться было от вьюги,
Мороз вонзался ножом под ребра —
И нечем бороться было с морозом.
Уже на исходе были припасы,
И многих голод жестокий мучил,
Уже в пути износилась
обувь,