Библиотека

Голова античной богини стр. 72

Размер шрифта
-
+
Тема

она новенькая — вон гипс ещё сыроватый. — Он непочтительно колупнул ногтем нос Горгоны.

И в этот миг раздались два пронзительных свистка с улицы.

От неожиданности Андрей уронил Медузу-Горгону на кафельный пол.

Раздался глухой удар — и страшная Горгона раскололась, как скорлупа ореха, а под ней, как прекрасное ядро, открылось задумчивое, живое, неповторимое лицо античной богини.

— Вот она! Он её замаскировал этой дрянью! — вскрикнул Андрей.

А Витя опустилась на колени, бережно взяла в руки мраморную голову, покрытую чем-то жирным, чем-то вроде вазелина.

«Это чтобы гипс не прилип», — успела подумать она.

И в тот же миг с треском распахнулась дверь. Ребята оглянулись.

В дверях стоял разъярённый Аркадий Витальевич. Лицо его было багрово, волосы растрепались, здоровенные кулачищи медленно сжимались и разжимались.

— Ну что, гадёныши, пронюхали? — прохрипел он.

Втянув голову в плечи, целясь ею в живот Лохматого, метнулся вперёд Андрей. И тут же от жесточайшего удара с грохотом полетел в угол, затих там.

1715009111_6638f65737815.webp

Витя осторожно положила мраморную голову на стул, вытянулась в струнку.

— Вот так «покровитель искусств»! — звонко сказала она. — Вы просто подлец. И не очень-то расходитесь, сюда едет мой отец. И не один.

Аркадий Витальевич вздрогнул, резко обернулся к ней. Он побледнел.

Витя чувствовала, что лицо её горит. Кровь дробными молоточками стучала

в висках.

— Вы подождите немного, он скоро будет здесь.

— Нет уж, дудки, ждать я, простите, мадемуазель, не могу, — сквозь зубы проговорил Аркадий Витальевич.

Он разом обхватил все доски икон, вынес их в комнату. Витя взяла голову, прижала к груди.

— Не отдам! — крикнула она.

Но «покровитель искусств» молча рванул богиню, сильно оттолкнул Витю, и она полетела прямо на Андрея. Тот стонал.

— Посидите, голуби, тут. Некогда мне с вами возиться!

И Аркадий Витальевич вышел из ванной.

Витя тут же вскочила, с разбега бросилась на захлопнутую им дверь. Бесполезно.

Поднялся, покачиваясь, Андрюха; под глазом его растекался здоровенный фиолетовый синяк.

— Вот и добыли голову сами, — горько прошептал он.

И тут они услышали голос Федьки.

Тот вопил во всю мочь:

— Здесь он! Здесь, собака! И ребята там, Константин Николаич!

В комнате что-то загрохотало, резко хлопнула какая-то дверь, и буквально через минуту затряслась другая — в ванную, Витин отец так рванул её, что чуть с петель не сорвал.

Он бросился к ребятам, ощупал их, и тут впервые Витя увидела у своего отца смертельно перепуганные глаза. За его спиной стоял внешне спокойный, собранный Станислав Сергеевич.

— Где этот тип? — спросил он Андрея.

— Убежал. Через эту дверь, наверное, — проворчал Андрюха и показал на вторую дверь в комнате. Он старался повернуться к отцу так, чтобы не видно было подбитого глаза.

В распахнутое настежь окно влезли два милиционера, за ними — печальный Жекете.

На полу лежали упавшие иконы, на столе — прекрасная голова античной богини.

Видно, «покровитель искусств» решил, что собственная шкура дороже.

— А я ведь вспомнил этого типа, — сказал Витин отец. — Он сильно постарел, но ещё на вокзале показался мне знакомым.

— Капитан, — обратился Станислав Сергеевич к одному из милиционеров, — надо перекрыть все выходы из города. Здесь орудовал старый рецидивист. Мы его знаем. С сорок шестого года знаем. Я с Генкой, то есть с Геннадием Савельичем, разговаривал, он и напомнил, что

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.