Гонка за счастьем стр. 11
поэтому, без всякого стремления властвовать, она сразу становилась признанным лидером, всегда оказывалась в эпицентре событий, зачастую создавая их сама, по собственной воле и не без удовольствия для себя… Тогда она действительно ощущала себя человеком мира, который сможет осуществиться и найти интерес для себя в любом месте.
Господи, надо же было так заблуждаться на собственный счет! И куда только подевались теперь ее хваленые легкость и жизнелюбие?..
С другой стороны, нечего делать вид, что она действительно способна справиться с любой проблемой, оказалось — не с любой… Все эти компромиссы с жизнью уже доконали ее, и давно пора хотя бы самой себе сказать правду — она выжата, почти на пределе, и ее терпению приходит конец.
Как же она докатилась до такого состояния? Почему все складывается не так, как хочется, хотя она и живет, как робот, по правилам и графикам, не думая о себе, пытаясь все успеть? И как будто и успевает, из графиков не выбивается, но чего она этим достигла?
Ее теперешняя жизнь ни скучна, ни весела, ни слишком богата впечатлениями, а, что хуже всего, малоинтересна ей самой. Какая-то странная апатия в последнее время делает ее жизнь почти виртуальной, существующей как бы параллельно, не вовлекает в себя полностью… Все, чем она занимается теперь, видится ей почему-то со стороны, она как бы безучастно подглядывает за происходящим, не слишком вникая в его суть — просто присутствует при очередном эпизоде из собственной жизни, делая какие-то, в общем, очередные правильные шаги, произнося подобающие случаю реплики… Как на картинах импрессионистов — все зыбко, не вполне четко, слегка размыто…
Домой больше не тянет, как прежде, да и прежнего дома давно больше нет. Что-то важное ушло из их с Виктором жизни, и уходит каждый день, и, если быть честной с самой собой, она уже перестает верить в то, что изменения к лучшему вообще возможны, хотя и продолжает зачем-то убеждать себя в обратном…
Нет, жить так, как сейчас живут они, — нельзя, каждый день сплошные разногласия и потери, и эти потери — невосполнимые, это ясно, но совершенно не ясно, невозможно понять — как все исправить? С чего начать?
Она часто ловит себя на одной и той же мысли — все закончилось навсегда… Виктор уже не способен на обыкновенный разговор — каждая ее попытка даже не примирения, а простого общения нарывается или на стену неприязненного молчания, или на откровенное раздражение. Ее эмоциональная жизнь дома, если не считать приятных минут общения с дочерью, достигла нестерпимо высокого уровня накала — по наличию периодических негативных вспышек и нагнетанию напряженности. Отношения с мужем стали просто непредсказуемыми, и постоянным в них остается одно — недовольство, обида, горечь и отчуждение, да еще и это — ожидание очередного проявления его необъяснимой неприязни, почти неприкрытой злобы… Все это держит ее в состоянии стресса и тревоги… Не жизнь, а какой-то сплошной диалог с тоской и ожидание тоски еще большей…
Понимать, что так жить нельзя, и в то же время продолжать тянуть эту жизнь — сродни парадоксу. Она и оценивает свою жизнь вполне адекватно, как некий парадокс, не поддающийся объяснению, а просто существующий…
Тянулся же он потому, что решающих слов никто пока не