Горец-варвар стр. 135
дала ей возможность выплакаться, чтобы потом, когда Сесилия успокоится, сесть с ней рядышком и обсудить, что можно сделать для выздоровления сэра Мюррея. Минуту спустя Мэг подвела Сесилию к маленькому столику у камина, усадила ее на стул и села рядом.
– А теперь расскажи мне все по порядку. Расскажи, что ты делала и как его лечила. Да, я вижу, его удобно уложили, он лежит в тепле и чистоте и получает воду и какое-то питание. И еще я знаю, что ты угрожаешь ему, что найдешь себе нового мужчину.
При этих словах Сесилия вспыхнула и виновато потупилась.
– Просто я надеялась, что он каким-то чудом услышит мои слова и проснется хотя бы ради того, чтобы меня остановить, – оправдывалась она.
– Приревнует тебя?
– Да, вроде того. Я надеялась, что мои слова заставят его очнуться. Но ты еще не рассказала, как здесь оказалась.
– Я привезла тебе твои вещи. Те, что ты хранила тайком, и те, что мне удалось сберечь для тебя. Разумеется, я понимаю: скоро весь Данбарн станет твоей собственностью.
– Еще неизвестно. Пока у нас нет документа, который бы подтверждал, что я являюсь наследницей всего имущества и денег. – Сесилия грустно вздохнула и снова потупила взор.
– Эта бумага находится у священника, – проговорила Мэг.
Сесилия уставилась на нее в изумлении:
– У какого священника?
– Он живет в нескольких милях от того места, где на нас напали. Перед отъездом из дома Ангуса твой отец отдал этот документ мне. На всякий случай. Он велел положить его в безопасное место, если с ним в пути произойдет что-нибудь ужасное. Ужасное и произошло, поэтому я поступила так, как мне велел твой отец. Тогда я не умела читать, и мне оставалось только догадываться, что написано в той бумаге, которую я передала на хранение священнику.
– Если нам удастся разыскать этот документ, мы сможем без труда избавиться от Анабеллы и Эдмунда.
Мэг схватилась за голову и воскликнула:
– Я и представить не могла, что эта бумага такая важная!
Сесилия похлопала Мэгги по руке:
– Не переживай, пожалуйста. Откуда ты могла знать?.. Ты ведь не умела читать. К тому же тогда тебе было не до этого. Нам с тобой едва удалось спастись от разбойников, так что нет ничего удивительного в том, что ты забыла про бумагу, которую вручила священнику.
– Что правда, то правда. Каждый раз, когда я вспоминала то, что тогда случилось, перед моими глазами стоял крошка Колин… Это было так страшно… Очень страшно вспоминать об этом.
– Да, я тебя понимаю. Конечно, такое очень тяжело вспоминать.
– Не просто тяжело. Меня вдобавок ко всему мучили угрызения совести. Я просто места себе не находила. Винила себя, что не уберегла Колина. Схватила тебя – и побежала… Бежала не оглядываясь. Ни о чем больше не думала. Нет бы оглянуться, посмотреть – а вдруг можно было спасти и мальчика? Да, наверное, можно было что-то сделать…
– Нет, Мэг, ты ничего не могла тогда сделать. Ведь Колина убили первого. – Когда потрясенная Мэг подняла на Сесилию полные ужаса глаза, та кивнула: – Да, я все видела, милая Мэгги. Колин умер еще до того, как ты бросилась бежать. – Сесилия попыталась успокоиться; воспоминания о смерти младшего брата много лет преследовали ее в