Горячие деньги стр. 148
чаю. Все лучше, чем ничего. У Люси было несколько хорошеньких салфеток, но все они оказались слишком маленькими для такого случая. Я сказал, что придется так и оставить, просто заеду потом в больницу, там обработают рану как полагается. Люси не возражала.
— Что у вас случилось? — спросила она и запустила руку в полупустой пакет с изюмом. Предложила и мне, я съел немного.
— Томас ушел от Беренайс. Ему нужно где-то пожить.
— Только не у меня, — возразила Люси. — Забери его к себе.
— Я так и сделаю, если ты не захочешь его оставить, но все же лучше ему остаться здесь.
Она сказала, что их сын, мой племянник, делает в спальне наверху уроки.
— Томас не будет ему мешать.
Люси нерешительно посмотрела на меня.
— Ты чего-то не договариваешь.
— Это может стать последней каплей и совсем сломить Томаса. Если рядом с ним не будет внимательного и заботливого друга, он попадет в психушку или покончит с собой. Я совсем не шучу, поверь мне.
— Хорошо…
— Моя ты девочка!
— Я тебе не девочка! — резко сказала она. — Может быть, для Томаса… — Ее голос потеплел. — Ладно, пусть остается.
Она бросила в рот еще горсть изюма и пошла в гостиную, я — за ней. Во втором кресле устроился Эдвин. Люси поставила обитый кожей стул рядом с Томасом и села. Я огляделся. Больше сесть было не на что, и я опустился прямо на ковер у стены. Ни Люси, ни Эдвин ничего не сказали. Никто не предложил мне стул.
— Раз уж я здесь, наверное, лучше сразу спросить вас о том, ради чего я собирался приехать завтра утром.
Эдвин сказал:
— Мы не собираемся отвечать на твои вопросы. И если ты измажешь кровью обои, тебе придется заплатить за ремонт.
Я чуть отодвинулся, чтобы ничего не испачкать.
— Полиция все равно об этом спросит. Почему бы не поупражняться со мной? Они будут спрашивать о часовом механизме, который взорвал бомбу в Квантуме.
Томас поднял голову:
— Ты же знаешь, это я их сделал. Те часы с Микки Маусом.
Это было первое, что он сказал после того, как мы уехали из его дома. Люси глянула на него так, словно он бредил, потом сдвинула брови и сосредоточилась.
— Только не это! — сказала она.
— Ты помнишь эти часы?
— Конечно. У нас и сейчас стоят такие наверху, Томас сделал их для нашего сына.
— Какие они из себя?
— В форме парусника. Это от Микки Мауса взорвался…
Я объяснил:
— Нет. На тех был серый пластиковый циферблат с белыми цифрами. Микки Маус стоял целый и невредимый в детской.
Томас тихо сказал:
— Я уже давным-давно их не делал.
— Когда ты сделал Микки Мауса Робину и Питеру?
— Я сделал его не для них. Гораздо раньше, для Сирены. Наверное, это она им подарила. Ей очень нравился этот Микки Маус.
— Ты был хорошим мальчиком, Томас, — сказала Люси. — Добрым и веселым.
Эдвин беспокойно сказал:
— Я думал, от такого взрыва любое часовое устройство разлетится на мелкие кусочки.
— Видишь ли, обломки обычно остаются, — сказал я.
— Ты что, думаешь, они в самом деле собираются перерыть всю эту груду руин?
— Более или менее. Они уже знают, что эти часы были на батарейке. Нашли детали электромоторчика.
Эдвин с плохо