Город и город стр. 169
Что вы имеете в виду?
— Это была группа ребят из Канады, верно…
— Большинство. Один немец, один янки.
— Значит, все англоевроамериканцы. Давайте не будем обманывать себя, это может показаться несколько грубым, но мы оба знаем, чем приезжие больше всего зачарованы в Бещеле и Уль-Коме. Вы заметили, о чём ни один из них не упомянул, ни в каком контексте?
— Что вы… — Дхатт остановился. — Брешь.
— Никто из них не упомянул о Бреши. Вроде как они нервничали. Вы знаете так же хорошо, как и я, что обычно это первое и единственное, о чём иностранцы хотят узнать. Конечно, эта группа несколько более сроднилась, чем большинство их соотечественников, но всё же.
Мы помахали охранникам, открывшим ворота, и вышли. Дхатт осторожно кивал.
— Если кто-то, о ком мы знаем, что он просто исчез без единого чёртова следа и на таком вот пустынном месте, то это первая возможность, которую мы рассмотрим, правильно? Как бы сильно нас это ни отталкивало? — продолжал я. — Не говоря уже о том, что людям, которых надо найти, намного тяжелее, чем нам, не совершать брешь каждую минуту.
— Господа офицеры!
Это был охранник, спортивного вида молодой человек с причёской «могикан», как у Дэвида Бекхэма в середине карьеры. Он был моложе, чем большинство его коллег.
— Господа, прошу вас!
Он затрусил к нам.
— Я просто хотел бы знать, — сказал он. — Вы расследуете убийство Махалии Джири, правильно? Я хотел бы знать… Я хотел бы знать, удалось ли вам что-то. Не нашлось ли чего. Могли ли они уйти?
— Зачем? — спросил наконец Дхатт. — Кто вы такой?
— Я никто, никто. Я просто… Это грустно, это ужасно, и все мы, я и все остальные, охранники, мы чувствуем себя плохо, мы хотим знать, не скрылся ли тот, кто бы это ни сделал…
— Меня зовут Борлу, — сказал я. — А вас?
— Меня — Айкам. Цуех.
— Вы были её другом?
— Я, конечно, немного. Не совсем, но, понимаете, я её знал. Мы здоровались. Я просто хочу знать, не нашли ли вы что-нибудь.
— Если и нашли, Айкам, мы не можем вам рассказывать, — сказал Дхатт.
— Не теперь, — сказал я. — Сначала надо кое над чем поработать. Сами понимаете. Но, может, мы зададим вам несколько вопросов?
На миг он показался встревоженным.
— Я ничего не знаю. Но, конечно, я думаю. Я волновался, не смогли ли они выбраться из города, мимо милицьи. Нет ли возможности справиться с таким делом. Есть?
Я велел ему написать его телефонный номер в моей записной книжке, прежде чем он вернулся на своё место. Мы с Дхаттом смотрели ему вслед.
— Охранников опрашивали? — поинтересовался я.
— Конечно. Ничего особо интересного. Они охранники, но эти раскопки находятся под эгидой министерства, поэтому проверки немного более жёсткие, чем обычно. У большинства из них было алиби на ночь смерти Махалии.
— А у него?
— Я проверю, но не помню, чтобы его имя было помечено красным, значит, наверное, было.
Айкам Цуех повернулся в воротах и увидел, что мы на него смотрим. Нерешительно поднял руку в знак прощания.
Глава 14Пока мы с Дхаттом сидели в кофейне — точнее, в чайной, ведь это Уль-Кома, — его агрессивная энергия несколько поутихла. Он по-прежнему барабанил пальцами по краю стола в таком сложном ритме,