Город и город стр. 182
— Джарис? — Я сел, опустив ноги на пол. Молодой униф. — Это…
— Мы ведь не какие-то там друзья, понимаете. — На этот раз он говорил не на старинном иллитанском, но на своём повседневном языке.
— С чего бы нам быть друзьями?
— Верно. Я не могу оставаться на линии.
— Хорошо.
— Вы могли бы сказать, что это был я, так же? Кто звонил вам в Бещель.
— Я не был уверен.
— Правильно. Того чёртова звонка никогда и не было.
Я промолчал.
— Спасибо за вчерашнее, — сказал он. — За то, что не выдали. Я познакомился с Марьей, когда она сюда приехала.
Я не называл её этим именем, только раз, когда Дхатт допрашивал унифов.
— Она сказала мне, что знает наших братьев и сестёр за границей, что работала с ними. Но, знаете ли, она не была одной из нас.
— Знаю. Ты навёл меня на этот след в Бещеле…
— Молчите. Пожалуйста. Сначала я подумал, она с нами, но то, о чём она расспрашивала, это было… Она занималась чем-то таким, о чём вы даже не знаете.
Я не захотел опережать его.
— Оркини.
Должно быть, он истолковал моё молчание как благоговейный ужас.
— Плевать ей было на унификацию. Она всех подвергала опасности, чтобы пользоваться нашей библиотекой и списками контактов… Мне она в самом деле нравилась, но с ней было невыносимо. Её заботил только Оркини… Борлу, она таки нашла его. Эй, вы там? Понимаете? Она его нашла.
— Откуда ты знаешь?
— Она мне рассказала. Из остальных никто не знает. Когда мы поняли, насколько… она опасна, ей запретили ходить на собрания. Решили, что она типа шпионка или вроде того. Кем она вовсе не была.
— Ты продолжал с ней общаться.
Он ничего не сказал.
— Почему, если она была такой?..
— Я… она была…
— Почему ты позвонил мне? В Бещель?
— … Она заслуживала лучшего, чем поле гончара.
Я удивился, что он знает это выражение.
— Вы были вместе, Джарис? — спросил я.
— Я о ней почти ничего не знал. Никогда не спрашивал. Никогда не встречался с её подругами. Мы были осторожны. Но она рассказала мне об Оркини. Показала мне все свои заметки о нём. Она была… Слушайте, Борлу, вы мне не поверите, но она вступила в контакт. Есть такие места…
— Диссенсуеы?
— Нет, молчите. Не спорные места, а такие, о которых каждый в Уль-Коме думает, что они в Бещеле, а каждый в Бещеле полагает, что они в Уль-Коме. Они же не здесь и не там. Они в Оркини. Она их нашла. Говорила мне, что помогает им.
— Каким образом? — Я заговорил наконец, потому что молчание длилось слишком долго.
— Я мало что знаю. Она их спасала. Им что-то нужно. Так она сказала. Что-то вроде этого. Но когда я однажды спросил у неё: «Откуда ты знаешь, что Оркини на нашей стороне?» — она только рассмеялась и сказала: «Ничего я не знаю, и они вовсе не за нас». Она многого мне не рассказывала. Я не хотел знать. Она вообще мало об этом говорила. Я думал, что она, может, пересекает границу через некоторые из таких мест, но…
— Когда ты видел её в последний раз?
— Не знаю. За несколько дней до того, как её… перед этим. Слушайте, Борлу, вот
что