Город и город стр. 354
мне вместе со связкой ключей.
— Я вас уполномочиваю, — сказал он. Она задрала бровь, но спорить не стала. — Кажется, мой пистолет упал вон там. Остальные люди Бреши до сих пор…
— Дайте мне свой телефон. Какой у него номер? Теперь идите. Уводите его отсюда. Ашил, я это сделаю.
Глава 28Женщина Бреши не попросила помочь ей с Ашилом. Она только шикнула, отгоняя меня.
Я нашёл его пистолет. Он был тяжёлым, а глушитель выглядел едва ли не органическим, как какая-то слизь, покрывавшая ствол. Предохранитель пришлось искать слишком долго. Я не рискнул освобождать защёлку, чтобы его проверить. Сунул в карман и направился к лестнице.
Спускаясь, я прокручивал номера в списке контактов телефона: они казались бессмысленными последовательностями букв. Нужный мне номер я набрал вручную. По наитию я не ввёл предварительно код страны и оказался прав — соединение установилось. Когда я добрался до фойе, он зазвонил. Охранники посмотрели на меня неуверенно, но я протянул сигил Бреши, и они попятились.
— Что… кто это?
— Дхатт, это я.
— Святой Свет, Борлу? Что… где вы? Где были? Что происходит?
— Дхатт, молчите и слушайте. Я знаю, что ещё не утро, но мне нужно, чтобы вы проснулись и помогли мне. Слушайте.
— Свет, Борлу, вы думаете, я сплю? Мы считали, что вы с Брешью… Где вы? Знаете ли, что происходит?
— Я с Брешью. Слушайте. Вы ещё не вернулись на работу, верно?
— Чёрт, нет, я всё ещё…
— Мне нужна ваша помощь. Где Боуден? Ваши люди допрашивали его?
— Боудена? Да, но мы его не задерживали. Зачем?
— Где он?
— Святой Свет, Борлу.
Я слышал, как он садится, собираясь с мыслями.
— У себя в квартире. Не паникуйте, за ним наблюдают.
— Задержите его. Пока я туда не доберусь. Просто сделайте так, пожалуйста. Отправьте людей прямо сейчас. Спасибо. Перезвоните мне, когда его задержите.
— Подождите, подождите. Какой это номер? У меня он не высвечивается.
Я сказал ему. На площади я увидел светлеющее небо и птиц, круживших над обоими городами. Я ходил взад и вперёд, один из немногих, но не единственный человек, оказавшийся в такой час на улице. Я смотрел на других, украдкой проходивших поблизости. Смотрел, как пытаются они вернуться в свои родные города — Бещель, Уль-Кому, какой бы то ни было — из массивной Бреши, которая наконец шла вокруг них на убыль.
— Борлу. Он пропал.
— Что вы имеете в виду?
— У его квартиры был выставлен наряд. Для защиты, после того как в него стреляли. Ладно, когда сегодня ночью началось это безумие, потребовались все руки, и их сняли на какую-то другую работу. Я не знаю всех входов и выходов — там некоторое время никого не было. Я отправил их обратно — дела немного налаживаются, милицья и ваши люди пытаются снова разобраться в границах, — но на улицах до сих пор продолжается эта чёртова катавасия. Во всяком случае, я отправил их обратно, и они только что вскрыли его дверь. Его там нет.
— Сукин сын.
— Тьяд, что за хрень происходит?
— Я направляюсь туда. Можете вы сделать… Не знаю, как это по-иллитански. Объявите его в АРВ, — это я сказал по-английски, в подражание фильмам.
— Да, у нас это называется «наслать ореол». Сделаю. Но, чёрт возьми, Тьяд,