Городские легенды стр. 229
прислонясь спиной к одной стене, уперев ноги в другую. С воскресенья, когда она видела его в последний раз, ей полегчало, но ощущение странности происходящего не проходило. Она точно потерялась в этом мире, который внезапно утратил устойчивость, изменив правила игры.
— И что же ты собираешься делать? — спросила она, не дождавшись ответа.
— Подамся куда-нибудь ненадолго.
— Играть или просто путешествовать?
— Всего понемногу, наверное.
Снова повисла пауза, и Эми показалось, что он ждет, не попросит ли она взять ее с собой. Но теперь она точно знала, что переболела им. И давно. Никакого желания становится чьим-либо психоаналитиком или матерью у нее не было. Сводней тоже.
Ну пока, — сказал он.
— Бон вояж, — ответила она.
Она положила трубку. Вспомнила, как он говорил с ней в тот вечер на мысе Гарнетта, раскрывался перед ней, по-настоящему рассказывал ей о том, что было для него важно. А теперь... Ей стало понятно, что история с Катриной затронула его куда глубже, чем обычно.
Ну что ж, придется кому-то другому потрудиться над стенами, которыми он себя окружил. И она даже знала, кто будет этим другим: парень по имени Мэтт Кейси.
Она снова посмотрела в окно.
— Удачи, — сказала она.
Мэтт отсутствовал год. Вернувшись, он первым делом отправился на Волчий остров. Долго стоял у статуи, не говоря ни слова и пытаясь разобраться, что привело его к ней. В тот год, как, впрочем, и в следующие, ему не особенно везло. Наконец, почти через десять лет после того как исчезла Катрина — просто сбежала, или растеклась лужицей озерной воды, или взлетела с ангелами на небо, или что там еще с ней произошло, — он решил остаться на острове после заката, как будто ожидая, что ночное бдение поможет ему разглядеть ответ, скрывающийся от глаз при свете дня.
— Пречистая Дева, — сказал он, стоя против бронзовой фигуры в густой тишине ночи.
Никакого подношения статуе, или Пречистой Деве озера, как называла ее старуха кошелочница, у него не было. Просто он пришел к ней в поисках недосягаемого. Он не пытался больше понять Катрину или истолковать историю, рассказанную Эми. Давно не пытался.
— Почему у меня внутри так пусто? — спросил он.
— Просто поверить не могу, что ты собираешься играть с ним снова, — заявила Люсия, когда Эми рассказала ей о своей новой группе «Плясовая Джонни».
Эми пожала плечами:
— Нас будет всего трое — я, он и Джорди на скрипке.
— Но ведь он нисколько не изменился. Все такой же холодный.
— Только не на сцене.
— Ну, может, и не на сцене, — ответила Люсия. — Похоже, для него в жизни не существует ничего, кроме музыки.
Эми печально кивнула.
— Знаю, — сказала она.
Бумажный джек
Если вы полагаете, что образование слишком дорого стоит, попробуйте невежество.
Церкви вовсе не убежища для просвещенного духа; в них души томятся в плену. Если верить Джилли, то всякая попытка подчинить Таинство определенным правилам извращает саму его суть. Не знаю, права она или нет, но ведь я ничего в таких вещах не смыслю. Стоит мне столкнуться с чем-то, что не поддается логическому объяснению, как я просто отхожу в сторону и уступаю дорогу Джилли и своему брату Кристи — их хлебом не корми, дай о чем-нибудь этаком