Говарды и Перегрины 1-2 стр. 127
я и мягкий, – пробормотал он немного обиженно.
– Да нет, глупый гусь, я не бесхарактерность имею в виду. Я хотела сказать, что ты не злобный и не жестокий по натуре, и ненависть для тебя ничего не значит.
– Это звучит так, как будто я и не мужчина вовсе, а пустое место. Но ты же видела шрамы на моем теле. Я в любом бою не дрогну.
– В турнирном бою – да, но способен ли ты убивать? Сможешь ли ты посмотреть в глаза человеку, а потом хладнокровно уничтожить его?
Он взял ее руки в свои.
– Я убью любого, кто посмеет хоть пальцем тебя тронуть.
– В этом случае, возможно, – вздохнула она, не зная как еще попытаться втолковать ему, что имеет в виду. Он понятия не имел, что такое – сгорать от ненависти. Слово «ненависть» было для него пустым звуком, тогда как другие ради нее готовы истребить все живое на своем пути.
– А ты сможешь посмотреть в глаза человеку и убить его? – в свою очередь спросил он.
– Если он из Говардов, – выпалила Зарид, совершенно не подумав, и потом пришла в ужас от того, что наделала.
– Я – Говард, – спокойно сказал Тирль. – Так ты в состоянии посмотреть мне в глаза и убить?
Зарид не знала, как оправдываться. Но о каком убийстве может идти речь? Или все-таки может? Если бы он угрожал расправой одному из ее братьев, как бы она поступила?
Она передернула плечами, потом посмотрела на него.
– Я уже много раз смотрела тебе в глаза, убивая тебя при этом. У тебя выносливости – ноль. Ты – тюфяк и рохля, который пищит: «Довольно!» всего лишь после нескольких часов непрерывного совокупления. А мы, Перегрины… – Ей пришлось прервать свою тираду, потому что он снова начал целовать ее.
Это случилось в середине третьей недели, когда счастью и беспечному существованию Зарид пришел конец. Уже давно рассвело, но за последнее время она так обленилась, что даже не собиралась вставать. Однако ее покой внезапно нарушил один из людей Тирля, вихрем ворвавшийся в комнату.
Его лицо было багровым от напряжения, на лбу вздулись вены, он задыхался так, что едва смог выговорить:
– Они приближаются.
Зарид приподнялась, протирая глаза. Она так привыкла к беззаботной жизни, что опасность казалась ей чем-то далеким, нереальным, давно забытым. Она видела, как Тирль кивнул.
– Сколько их? – спросил Тирль.
– Сотни. И вооружены до зубов. Тирль кивнул опять.
– Поднимай людей. Но помни приказ: оружия не применять. Теперь предводители этой армии – мои родственники, и я не хочу кровопролития.
При упоминании о крови с Зарид моментально слетел сон. Она села, подтянув к груди одеяло.
– А что произошло?
Тирль отпустил посланника, потом повернулся к жене.
– Твой брат наступает на нас во главе армии. Думаю, он собирается убить меня и забрать тебя домой.
Кровь словно застыла в жилах Зарид, она не вымолвила ни слова. Потом подвинулась к краю кровати, намереваясь соскочить на пол, но Тирль удержал ее за руку.
– Эй, куда это ты собралась?
– Я пойду навстречу брату. Я не позволю убить тебя. Ты столько хорошего для меня сделал. Его рука сжала ее плечо.
– Я сделал для тебя много хорошего несмотря на то, что я Говард. –