Говарды и Перегрины 1-2 стр. 235
хочет? Она потребует, чтобы ты спел с ней дуэтом или подарил ей цветы. Быть рабом женщины один день – что тут такого ужасного? Особенно, если речь идет об этой женщине. Ведь ей всего-то и нужно, что чистый дом, да еще.., ты: Один Господь знает, что она в тебе нашла. Она задавала мне и Зариду тысячу вопросов, и все о тебе.
– А вы, конечно, развязали языки. Вы обожаете болтать с женщинами. А что касается тебя и твоей замужней герцогини…
– Попробуй только сказать о ней что-нибудь дурное, – грозным голосом оборвал Сиверн. – Да, мы разговариваем с Иолантой обо всем. У нее есть голова на плечах. И у твоей жены, судя по всему, тоже. Она оказалась права, когда сказала, что крестьяне сами выдадут воров. Два года мы с тобой пороли и казнили крестьян, а кражи продолжались. Она же всего лишь накормила их, заставила вымыться, и они сами приползли к ее ногам.
– Они привыкнут жрать наших коров, перестанут работать и будут думать, что мы должны обеспечивать их всем необходимым. А дальше что? Подавай им шелковую одежду? Кутай их в меха, корми фазаньими языками?
– Я не знаю, – честно ответил Сиверн. – Но женщина выиграла у тебя честно.
– Она такая же, как крестьяне. Если я дам ей сегодня то, чего она хочет, откуда мне знать, что она потребует завтра? Может быть, ей вздумается управлять всем имуществом? Может, доверить ей вершить суд? Обучать моих воинов?
Сиверн с любопытством смотрел на брата.
– Почему ты ее боишься?
– – Боюсь?! Да я могу ее переломить пополам голыми руками. Если захочу, посажу ее под замок. Могу послать вместе с ее служанками в Беван, и она никогда здесь больше не появится.
Роган тяжело опустился на стул.
Сиверн смотрел на брата с недоумением. Большой, сильный, непобедимый мужчина, ни разу в жизни не дрогнувший в бою, напоминал испуганного ребенка. Зрелище Сиверну не понравилось. Роган всегда был так уверен в себе, всегда твердо знал, как нужно поступить. Он принимал решения без колебаний и никогда не сворачивал с пути, который избрал. Рогану даже не приходилось думать над решениями – он просто знал, как следует поступить.
Сиверн шагнул к двери.
– Я придумаю какое-нибудь объяснение для рыцарей. Конечно,. Перегрин не станет рабом женщины. Что за дурацкая идея!
– Нет, постой, – остановил его Роган, не поднимая глаз. – Я был дураком, что согласился биться с ней об заклад. Не думал, что она и в самом деле найдет воров. Пойди к ней и спроси, какой платы она хочет. Может, и правда речь идет всего лишь о паре новых платьев. Жалко денег, но ничего не поделаешь.
Когда Сиверн не ответил, Роган поднял глаза.
– В чем дело? Ты что, не слышал? Отправляйся к ней.
Сиверн почувствовал, что краснеет.
– А что, если она захочет от тебя чего-нибудь.., очень личного. Если бы Ио заполучила меня в рабы на целый день, она, скорее всего, привязала бы меня к постели… – Сиверн запнулся, заметив в лице Рогана некоторое оживление. – Откуда мне знать, чего захочет твоя жена?
Может быть, она потребует, чтобы ты привязал себе ослиный хвост и мыл полы. Эта женщина больше слушает, чем говорит, ее не поймешь. Наверняка она