Грабители Скэйта стр. 76
приходилось сражаться. В море часто появлялись пиратские паруса, но они быстро удалялись, когда мощь флота становилась очевидной.
Педралон сиял свои меха и перестал дрожать.
Ни джубарцы, ни Сусминги не интересовались тропиками. По всему видно, что тропики, уже осаждаемые беглецами с севера и юга, были очень враждебны ко всем прибывающим. Но у Сенгалей не было другого пути.
Нужно было идти в Гед Дарод и надеяться на прибытие звездного корабля, обещанного Геррит.
Во время всего долгого пути по большому морю до Скэга они ни разу не слышали человеческого голоса по радио: одни только трески звездного пространства, где гигантские солнца беседуют о вещах, неизвестных человеческому.
Старк не думал, что Геррит могла его обмануть. Но в своей экзальтации она сама могла обмануться. Пророчества были обманчивым оружием, готовым обернуться против тех, кто им верил. Старк смотрел на старое Солнце и думал, что Рыжая Звезда, вероятно, последнее солнце, которое видит в своей жизни он и Аштон.
А потом… Одно событие заставило его подумать, что Геррит, возможно, и в самом деле все ясно видела в Воде Видения.
Страшная тропическая гроза ударила по флоту и затопила несколько кораблей малого тоннажа, в том числе и судно Старка.
Мачта сломалась и корабль стал тонуть так быстро, что они еле успели спастись. Передатчик и автоматы ушли под воду, оставив их, как и предсказывала Геррит, без голоса и других благ, привезенных из чужих миров.
Все были уверены, что им нужно добраться до Гед Дарода как можно скорее. Ферднал был единственным человеком на Скэйте, который мог говорить с небом.
Глава 24
Самой высокой точкой Верхнего города Гед Дарода были мраморные ворота дворца Двенадцати. Члены Совета могли сидеть там и созерцать оттуда свои владения.
Ферднал и пятеро других Лордов Защитников – старый Горел находился в объятиях агонии – стояли на этом возвышении. Ветер играл их белыми волосами и снежными мантиями. Они смотрели на Нижний
город, серо-зеленую равнину, изборожденную дорогами паломников, сходящимися со всех направлений к Гед Дароду. Со всех северных дорог беспрерывно поднимались облака пыли.
– Неужели эта волна так и не иссякнет? – спросил Ферднал.
На таком расстоянии нельзя было различить характерных особенностей, но Ферднал только видел паломников вблизи и знал, что среди них очень мало настоящих пилигримов… посетителей, которые сделают пожертвования в храмах и уйдут. Очень много было беженцев с тележками, набитыми скрабом, со стариками и детьми – жертвы Богини, пришедшие умолять Бендсменов о помощи. Ферднал никогда не думал, что в умеренной северной зоне живет так много народу, что один оазис с погибшим урожаем может породить такую нищету. По-видимому, налоги, взымаемые Бендсменами были слишком велики, а остатки – слишком скудны.
Тем не менее…
Улицы и гостиницы Нижнего города чуть ли не трещали от наплыва людей. За стенами города возникли лагеря, которые с каждым днем расширялись.
– Нам нужно больше продовольствия, – сказал Ферднал.
– Север больше ничего не дает, господин, – сказал один из Бендсменов в красном, стоящий сзади.
– Я знаю. Но юг не пострадал от этих страшных морозов, в море есть рыба.
– Юг волнуется, – сказал другой Бендсмен в красном. – Изменилась вся система распределения. Там громадное количество беженцев.
Население получает питание на войне, законно или путем грабежа. На