Гранатовые поля стр. 15
она указала пальцем, покрытым тестом.
Я поставила его на место, а затем двинулась вокруг острова, чтобы осмотреть то, что она готовила.
— Пирог? Пахнет вкусно.
— Мне нужно успеть подготовиться к Рождеству. Он отправится в морозилку, — она поцеловала меня в щеку, а потом пошла к раковине, чтобы помыть посуду. — Что ты делаешь сегодня?
— Решила приехать и покататься.
Больше всего в доме моих родителей мне нравилось то, что замок на входной двери не поворачивали десятилетиями. Они не ждали телефонных звонков перед нашим появлением. Они привыкли к гостям без предупреждения, и ни разу они не заставили меня почувствовать, что я им мешаю.
Это был наш дом, сколько бы лет нам ни было.
Я подошла к шкафу, где она хранила кофейные чашки, и достала кружку.
— Угадай, кого я вчера встретила в магазине, — сказала мама, взяв свой стакан.
— Кого? — спросила я, наполняя её кружку, а затем свою.
— Бонни Хаскинс.
— Ты шутишь? — засмеялась я. — Я как раз думала о ней по дороге сюда.
— С ней была Мари. Эта девочка растет как сорняк.
Мари, ребенок женщины, роды которой я приняла во время снежной бури. Названа в честь моего второго имени.
Последний раз я видела Мари в больнице. Она пришла на ежегодный спортивный медосмотр.
— Она такая милая.
— Скоро мальчики из старшей школы начнут бегать за ней.
— Ты не ошибаешься, — я улыбнулась и отпила кофе.
Вот почему я жила в Куинси. Чтобы Мари Хаскинс росла у меня на глазах. Чтобы Хадсон, Эмма и Дрейк были под присмотром их тети Талии.
Из гостиной послышалось хихиканье.
— Я слышала, ты сегодня в роли няни.
— Пока я не поставлю пирог в духовку, эту должность занимает твой отец. Но в остальном у нас будет веселый день. Я купила пальчиковые краски.
— Ты их балуешь.
— Да, черт возьми, балую.
— Пойду поздороваюсь.
Я оставила свой кофе на столешнице и направилась в гостиную, где папа сидел на полу с тремя малышами. Эмма, семи месяцев от роду, лежала на одеяле, держа свои маленькие ножки руками и пытаясь засунуть их в рот.
Её полуторагодовалый брат, Хадсон, разбивал два блока вместе. А Дрейк, сын моего брата Нокса, крутился вокруг папы и хихикал, когда папа пытался его пощекотать.
— Похоже, у вас ту весело.
Хадсон взглянул на меня, и конструктор был забыт. Он вскочил на ноги и поднял руки.
— Вер. Вер.
Вверх. Вверх.— Привет, приятель, — я подхватила его на руки и поцеловала в щеку. Затем другой малыш врезался мне в ногу, и я нагнулась и подняла Дрейка тоже. Мои братья и сестры всегда дразнили меня за то, что у меня детская лихорадка. Я хотела детей. Когда-нибудь. А пока этот день не настал, эти малыши были моим спасением. — Как у моих ребят сегодня дела?
Дрейк ответил мне какой-то билибердой.
— А. Ну, звучит отлично, — я поставила их обоих и села на пол. — Привет, пап.
— Привет, милая. Чем ты сегодня занимаешься?
— Я приехала, чтобы покататься на Нептуне.
Я возилась с деталями конструктора Хадсона, помогая ему сделать колонну.
— Сегодня прекрасный день. Солнце светит.
Независимо от температуры, жары или холода, папа считал любой солнечный день золотым.
— Я подумала, что надо заскочить в отель сегодня днем, — сказала я. — Посмотрим, не