Гранд-адмирал. Том четвертый стр. 103
элементы снаряжения по подсумкам и карманам комбинезона.
Другого шанса вернуться к аварийному комплекту у него просто не будет.
Запасной комлинка к же нашел для себя место в изобилии карманов непромокаемого герметичного комбинезона.
Когда аварийный комплект оказался распихан по карманам, Алекс проверил работу системы жизнеобеспечения, закрепленную на груди.
Потому как понял, что начинает задыхаться.
Так оно и есть — контроллер полетел, треснув при приземлении.
Надо будет как следует потолковать с производителями.
Этот пластик ни к Татуину, ни к Корусанту… Нужно что-то более крепкое.
Благо, что в аварийном комплекте есть запасной.
Задержав дыхание, борт-стрелок «Скимитара-01» переключил патрубки на новую панель, выбросив старую
в контейнер аварийного комплекта.
Проверил заряд энергии в новом оборудовании, обругав себя за то, что не сделал этого сразу.
На его счастье запасной контроллер как новенький.
Значит не нужно будет переживать насчет того, что он задохнется в разреженной атмосфере Кесселя.
Спинка кресла и переборка, разделяющие места в кабине, мешали рассмотреть что там происходит у Томакса, но Алекс намеревался уже исправить эту несправедливость, когда до него донеслись новые звуки, не характерные свисту выходящего из кабины воздуха.
Хлопок и рев плазменного резака: кто-то намеревается вскрывать кабину в носовой части.
В аварийный комплект подобное не входит.
У ПСО тоже таких штучек на вооружении нет — они знают как вручную открыть фонарь.
Значит противник.
Шум резака приблизился и на мгновение, сквозь поляризованную транспаристаль над креслом, Алекс увидел тонкую, но раскаленную струю, готовую взрезать фонарь.
Е-11 как-то сама по себе оказалась в руках.
— Здорово, — пробормотал Алекс.
Мало того что у него переломаны ребра, теперь еще и бой придется принять.
На помощь громил из ПСО (а туда как будто специально отбирают исключительно здоровых штурмовиков) не приходилось уповать.
Если б они знали куда кабину отнес взрыв, то были бы уже здесь.
Значит аварийный маяк уничтожен или критически поврежден при падении кабины.
Значит и тут выяснилась недоработка отечественного военно-промышленного комплекса.
Но это все потом.
Сейчас же главное — отбиться от тех, кто вскрывает кабину.
Или умереть с боем.
Плен — из области фантастики.
Надо же понимать, что противника больше интересовала сама машина, а выбиванием данных из экипажа они займутся во многом и по той причине, что другого источника информации у них нет.
На свою беду, Алекс был одним из двух человек, который стоял за разработкой «Скимитара».
И под пытками (не нужно тешить себя мыслью о героическом превозмогании) он явно может рассказать многое.
Огонек резака уже прошелся по периметру фонаря, срезая замки.
Бластерная винтовка грела руки.
Транспаристаль ушла куда-то в сторону, и внутрь заглянула чья-то голова.
Из примечательного — на неизвестном была кислородная маска.
Такие используют аборигены, чтобы не умереть на Кесселе.
Алый заряд бластерной плазмы проделал дыру в черепе неизвестного прежде, чем тот успел отреагировать на увиденного борт-механика.
Тело дернулось и бессильно повисло, зацепившись подбородком за край люка.
Позицию, конечно, Алекс занимал преотвратную — неприятелю достаточно будет забросить внутрь свето-шумовую гранату, или термальный детонатор, чтобы покончить с ним.
Но судя по сухим щелчкам бластерных выстрелов по обшивке, действуют явно не профессионалы.
Это дает определенную надежду.
— Сдавайся! — услышал борт-стрелок гортанный крик одного из противников. —