Границы бесконечности стр. 23
вам в голову, что половина всех здоровых мужчин деревни скорее всего в родстве с Журиком?
– Предлагаю психологический трюк. Если мы погоняем их как следует, то, может быть, кто-нибудь выдаст парня просто для того, чтобы прекратить все это.
– Гм, не исключено. При условии, что Журик не сбежал отсюда. Может, он уже на полдороге к океану.
– Только если у него есть транспорт.
И Пим глянул в пустое небо.
– Откуда нам знать, может, в сарае у каких-нибудь его приятелей стоял старенький флайер. Но это маловероятно. Я не уверен, что он вообще знает, как убегать, куда податься. Конечно, если он все-таки удрал, то проблема перейдет к Имперской гражданской безопасности, и я свободен. («Приятная мысль!») Плохо то, что я до сих пор не получил четкого представления о нашем подозреваемом. Ты заметил противоречия?
– Не могу сказать, чтобы заметил, милорд.
– Гм. Кстати, куда Кейрел таскал тебя арестовывать этого типа?
– За деревню, в кустарники и ущелья. Там человек шесть все еще разыскивали Харру. Они как раз закончили поиски и возвращались нам навстречу. Похоже, что наше появление не было для них неожиданностью.
– Журик действительно был там и сбежал, или Кейрел просто водил тебя за нос?
– По-моему, он действительно там был,
милорд. Те люди клялись, что не видели его, но, как вы и сказали, они с ним в родстве, и потом, они… э-э… лгали неумело. Они были напряжены. Что до Кейрела, то он, может, и не рвется нам помогать, но я не думаю, чтобы он посмел нарушить ваш прямой приказ. В конце концов, он ведь отслужил двадцать лет.
«Как и ты, Пим», – подумал Майлз. Личная охрана графа Форкосигана ограничивалась штатным числом в двадцать человек, и Пим был типичным представителем этого элитного взвода: награжденный орденами ветеран имперской Службы, заменивший покойного сержанта Ботари. Кому еще, кроме Майлза, не хватает в этом мире смертельно опасного и непростого Ботари?
– Хотелось бы мне допросить с суперпентоталом самого Кейрела, – мрачно заметил Майлз. – Судя по всему, он знает, где собака зарыта.
– Так почему бы вам его не допросить? – логично осведомился Пим.
– Возможно, этим и кончится. Однако допрос с суперпентоталом, как ни крути, всегда унизителен. Если человек нам предан, то не в наших интересах публично его оскорблять.
– Это будет не публично.
– Да, но он не забудет, что его превратили в слюнявого идиота. Мне нужна правдивая информация.
– Я думал, у вас уже есть информация, милорд.
– У меня есть факты. Огромная куча бессмысленных, бесполезных фактов, – Майлз угрюмо замолчал. – Я доберусь до правды, даже если мне придется накачать суперпентоталом всех этих деревенщин. Но это скверное решение.
– Задачка тоже скверная, милорд, – сухо отозвался Пим.
Когда они вернулись, жена старосты уже взяла бразды правления в свои руки. Женщина носилась по всему дому, отчаянно что-то нарезая, взбивая, перемешивая и растапливая. Она взлетала на чердак переменить белье на матрасах, гоняла троих сыновей с поручениями сбегать, принести, попросить… Ошеломленный Ди бродил за ней по пятам, пытаясь угомонить хозяйку и повторяя, что они привезли с собой палатку и еду, что от нее ничего