Гражданская кампания стр. 71
себя при мысли о какой-то воображаемой юной девице, наносящей Форкосигану тяжелое оскорбление из-за его физических изъянов. Полный абсурд!
Катриона твердо зашагала вперед, чтобы проследить за выкорчевыванием гнилого дерева.
Марк не успел даже дотянуться до кнопки комма, как братец, рассеянно улыбаясь, вновь вплыл в библиотеку. А Майлз собрался было с размаху плюхнуться в кресло, но передумал, осторожно опустился на сиденье, повел печами, словно желая размять затекшие мышцы, откинулся на спинку и вытянул ноги. Потом взял свой недоеденный кусок хлеба и жизнерадостно заметил:
– По-моему, все прошло хорошо, а?
И откусил хлеб.
Марк с сомнением уставился на братца:
– Что прошло хорошо?
– Разговор. – Майлз запил хлеб остатками холодного кофе. – Итак, ты познакомился с Катрионой. Отлично! И о чем вы тут с ней беседовали перед моим приходом?
– О тебе.
– Да? – Лицо Майлза осветилось, он уселся чуть прямее. – И что она обо мне сказала?
– Мы главным образом обсуждали твои припадки, – кисло ответил Марк. – Похоже, она знает о них куда больше, чем ты соизволил мне сообщить.
Майлз нахмурился:
– Хм. Не совсем тот аспект моей персоны, на который бы мне хотелось, чтобы она запала. Впрочем, это хорошо, что она о них знает: не хотелось бы снова скрывать столь существенную проблему. Урок я усвоил.
– Да неужто? – сердито глянул на брата Марк.
– Я изложил тебе основные факты, – начал оправдываться Майлз. – Тебе вовсе ни к чему вникать в медицинские подробности. К тому же ты все равно был на Колонии Бета и в любом случае ничем не мог помочь.
– Это я во всем виноват!
– Чушь! – Возмущенное фырканье Майлза было поистине великолепно. Марк решил, что в этом фырканье видится явное влияние его… их тети Форпатрил, придающее всему некий аристократизм. Майлз пренебрежительно отмахнулся. – Это работа снайпера, за которой последовал ряд непредвиденных медицинских случайностей. Что было, то было. Я снова жив, на сей раз намерен оставаться живым и дальше.
Марк вздохнул, неохотно признавая, что если ему и охота по-прежнему культивировать свое чувство вины, то поддержки в этом у братца ему не найти. Кстати, судя по всему, у Майлза сейчас на уме нечто совсем иное.
– Так что ты о ней думаешь? – озабоченно поинтересовался Майлз.
– О ком?
– О Катрионе, о ком же еще?
– Как о дизайнере по ландшафту? Мне сперва нужно увидеть ее работу.
– Нет-нет-нет! Не как о дизайнере по ландшафту, хотя и в этом она тоже хороша. Как о следующей леди Форкосиган.
– Что?! – заморгал Марк.
– Что значит «что»? Она красивая, умная… Приданое! Ну надо же! Как изящно! Формюир лопнет со злости!.. Отлично держится в экстремальных ситуациях. И спокойная, знаешь?
Такая восхитительно спокойная. Обожаю ее спокойствие. Я мог бы в нем купаться. Мозги и характер в одном флаконе!
– Я не подвергаю сомнению ее таланты. Это был просто возглас удивления, вот и все.
– Она – племянница лорда Аудитора. И у нее есть сын, Никки. Ему почти десять. Отличный малый! Хочет стать пилотом скачкового корабля, и, по-моему, ему хватит решимости добиться желаемого. А Катриона мечтает стать садовым архитектором, но, на мой взгляд, она способна преуспеть и в проблемах терраформирования. Только временами она чересчур застенчива. Ей нужно немножко добавить уверенности в себе.
– Может, она просто ждет момента, когда удастся вставить