Гражданская кампания стр. 92
сбора камней для Майлзова сада. Ципис выдал им карту, указал нужное направление и выделил двух дружелюбных юнцов с мини-тракторами и грузовиком. Грузовик проследовал за ними, когда Марк повел флайер на юг, к серой громаде Дендарийских гор.
Он посадил флайер в горной долине, возле каменистого обрыва. Этот район, тоже принадлежавший Форкосиганам, был совершенно не освоен, и Марк понимал почему. Девственный кусок барраярской – ну, лесом это назвать было сложно, так, рощица – природы тянулся километрами по крутым откосам.
Госпожа Форсуассон вылезла из флайера и повернулась полюбоваться пейзажем. День был теплый, и в воздухе колебалась волшебная голубая дымка, но все равно видно было на добрую сотню километров. Клубящиеся кипенно-белые облака собирались в подобие серебристо-серых воздушных замков.
– Ой! – радостно воскликнула Катриона. – Наконец-то я вижу настоящее небо! Именно таким оно и должно быть. Теперь я понимаю, Карин, почему вы сказали, что лорду Форкосигану тут нравится. – Она раскинула руки, словно желая объять бескрайний простор. – Обычно горы кажутся мне стенами, но тут… тут очень славно.
Грузовик приземлился возле флайера, из него десантировались выделенные Циписом здоровяки. Госпожа Форсуассон поволокла рабочих, вооруженных необходимым оборудованием, на дно оврага – собирать настоящие камни Дендарийских гор, дабы затем доставить их в Форбарр-Султан. Энрике следовал за ними, как угловатая, весьма неловкая собачонка. Поскольку спуск вниз автоматически предполагал последующий подъем, Марк ограничился тем, что некоторое время понаблюдал сверху, а потом, рука об руку с Карин, отошел к менее крутому склону.
Когда он обнял ее за талию и притянул поближе, Карин не возражала, но как только попытался ласкать ей грудь, она сердито напряглась и мгновенно отстранилась. Черт!
– Карин… – жалобно заныл Марк.
– Прости, – покачала она головой.
– Не извиняйся, не надо… Я от этого чувствую себя еще более нелепо… Я хочу, чтобы ты тоже меня хотела, иначе какой смысл… Я думал, так оно и было…
– Так и было. И есть. Просто я… – Она не смогла найти слов и попыталась снова. – На Колонии Бета я думала, что действительно уже совсем взрослая – сложившийся человек. А потом вернулась сюда… И поняла, что я в полной зависимости от моей семьи. Я всегда от них зависела, даже когда была на Бете. Возможно, все то было… ложью.
Марк схватил ее за руку. Уж этого-то он никак не допустит!
– Ты хочешь быть хорошей. Ладно, я могу это понять. Но ты должна быть очень осторожна в том, кому позволяешь определять, что хорошо, а что плохо для тебя. Уж этому-то меня мои создатели-террористы хорошо научили.
При одном только упоминании о кошмарном прошлом Карин вцепилась ему в руку и страдальчески улыбнулась. Поколебавшись, она продолжила:
– Меня сводят с ума взаимоисключающие правила. Я не могу быть одновременно хорошей и там, и тут. Я уяснила, как быть хорошей девочкой на Колонии Бета, и в определенном смысле это так же трудно, как быть хорошей здесь. Даже намного страшнее иногда. Но… там я себя чувствовала так, будто становлюсь значительней внутри, если ты понимаешь, о чем я.
– Пожалуй. – Марк надеялся, что не был причиной этих страхов, но опасался, что так оно и есть. Ладно, он знает, что так и есть. В прошлом году бывали тяжелые времена. И все же она оставалась