Гражданский спецназ стр. 154
села, на берегу искусственного водоема, возвышалось настоящее произведение искусства. Огромный трехэтажный дом был построен по типу средневекового замка. Даже на его башенках и флигелях имелись зубцы. Лишь окна, не уподобленные бойницам, были большими. С южной стороны по стене от земли до балкона поднимался плющ.
Просторный двор, обнесенный кирпичной стеной, изобиловал видеокамерами наружного наблюдения.
– Кто здесь живет? – указав взглядом на хоромы, спросил Антон двух ребятишек, кативших велосипеды.
Проследив за его взглядом, один из них пожал плечами:
– Депутат какой-то, не знаю.
– Чеботарев, – уточнил второй и высокомерно посмотрел на своего друга. – Эх ты, здесь живешь, а не знаешь.
«Чеботарев», – повторил про себя Филиппов, силясь вспомнить, где он слышал эту фамилию и депутатом какой Думы, Государственной или губернской, является этот тип.
Вечерело. Оглядев окрестности, Антон лесом обошел дом, оказавшись с тылу. Достав сотовый, набрал номер Марии Федоровны.
Та сразу дала четкий ответ:
– Депутат Государственной Думы. Но от какой фракции – не знаю. А почему ты спрашиваешь? – проявила любопытство бабка и, не дождавшись ответа, предупредила: – Про него слухи нехорошие ходят. Он в депутаты полез, чтобы неприкосновенность получить. А так по нему давно Колыма плачет. В общем, это не по телефону…
Убрав трубку в карман, Антон огляделся. Он находился на небольшом возвышении. «Еще бы приподняться на пару-тройку метров, и было бы видно, что творится внутри двора», – подумал он, оглядывая деревья. Представив себя на месте охранника, находящегося сейчас внутри дома и контролирующего прилегающую к нему территорию посредством камер, Филиппов пришел к выводу, что ни в один из секторов наблюдения он не попадает. Выбрав развесистую сосну с мощной кроной, направился к ней.
Лихо взобравшись до середины дерева и убедившись, что теперь видит весь двор, он уселся на огромный сук и принялся наблюдать.
Внутри территории, обнесенной забором, кроме огромного дома, было еще несколько кирпичных строений, расположенных в ряд. Судя по воротам и подъездным бетонным дорожкам, они выполняли функции гаражей.
Микроавтобуса, на котором ехала Пешехонова, здесь не было, по крайней мере во дворе. «Возможно, он въехал в гараж», – тешил себя надеждой Антон. Если бы не «Волга» Стретовича, стоявшая сейчас прямо под домом у входа, Антон бы уже отказался от дальнейших поисков в этом особняке. Но что-то подсказывало ему, что чиновник здесь не случайно, тем более совсем недавно он видел его в обществе Пешехоновой.
Неожиданно дверь дома открылась, и на ступеньках появился сам Валентин Аркадьевич в сопровождении какого-то высокого седого мужчины. Сказав ему несколько коротких фраз, он быстрым шагом пересек двор и, подойдя к воротам одного из гаражей, юркнул в них. Этого мгновения Антону было достаточно, чтобы разглядеть бок микроавтобуса такого же цвета и марки, на котором уехала виновница гибели друга. Седой, проводив Стретовича взглядом, вновь скрылся в доме.
Филиппов облегченно вздохнул и начал спускаться с дерева.
С той стороны, откуда Антон осмотрел двор, было установлено шесть видеокамер наблюдения. Зная их угол обзора, Филиппов пришел к выводу, что монтажом и размещением охранных систем здесь занимались некомпетентные в таких вопросах люди. По крайней мере, он нашел несколько «мертвых» зон, которые они не контролировали. Скорее всего это больше дань моде, чем обеспечение безопасности. Установленные на видных местах видеокамеры оказывали лишь психологическое воздействие.