Греческие боги. Рассказы Перси Джексона стр. 147
и прочую мелочь. А если ты, будучи на Олимпе, громко произносил: «Куда я дел свой айфон?» — очень скоро один из треножников подкатывал к тебе и открывал ящик, в котором обнаруживался твой телефон. Эти крохи были весьма полезны.
Именно из-под молота Гефеста выходили лучшие доспехи и оружие. Да, Старшие циклопы и тельхины были прекрасными мастерами, но никто не мог сравниться с богом-кузнецом. Геракл, Ахилл, вообще все величайшие греческие герои вооружались исключительно у Гефеста. Я даже не думаю, что он им за это доплачивал.
Он соорудил для олимпийцев новые колесницы, полноприводные, с вращающимися на колесах лезвиями и прочим пакетом обновлений. Он создавал все, начиная от ювелирных украшений и заканчивая дворцами. А одному парню, царю Хиоса, построил целый подземный особняк, что-то вроде секретного бункера.
Но специализацией Гефеста были автоматы — механические создания, по сути, первые роботы. В мастерской Гефеста ему помогали золотые механические девушки. Еще четверых таких же он построил для храма Аполлона, где они в четыре голоса пели песни, восхваляющие Аполлона. Для царя Алкиноя Гефест сконструировал пару металлических сторожевых псов — золотого и серебряного, которые были умнее и злее любых живых собак. Для царя Лаомедонта он создал золотую лозу, которая на самом деле росла. Для царя Миноса построил огромного металлического воина Талоса, что день и ночь патрулировал территорию дворца. Металлические кони, металлические быки, металлические люди… Попробуй запомнить всех. Если мне когда-нибудь приведется стать царем, я точно попрошу его сделать мне целую армию гигантских золотых лам, плюющихся кислотой.
Ладно, извините, я отвлекся.
Теперь, думаю, мне стоит рассказать вам о реакции Гефеста, когда он узнал, что его жена Афродита ему изменяет. История не из веселых, и лам в ней нет, но Афродита и Арес оказались унижены донельзя, что само по себе не может не радовать.
Афродита никогда не хотела выходить за Гефеста. Богиню любви всегда привлекала внешность, а у Гефеста с этим были явные проблемы.
Гефест изо всех сил старался быть ей хорошим мужем, но то не имело никакого значения. Сразу же после замужества Афродита завела интрижку с богом войны Аресом, и, похоже, об этом знали абсолютно все, кроме самого Гефеста.
Как он мог быть таким слепым? Не знаю. Наверное, ему хотелось верить, что Афродита сможет его полюбить. Или он решил, что она полюбит его, если он исполнит какое-то ее желание. Да, разумеется, он замечал, как другие боги шепчутся и хихикают у него за спиной, но Гефест давно к тому привык.
Он начал что-то подозревать после рождения Афродитой первенца. Гефест ожидал увидеть такого же младенца-калеку, каким был он сам, или хотя бы что малыш унаследует от него какие-то черты — голову неровной формы, лицо в бородавках, может, даже бороду.
Но появившийся на свет мальчик, Эрос, был идеален — прекрасен и здоров. И он удивительным образом походил на Ареса.
«Хм, — подумал Гефест, — странно».
Следующей у Афродиты родилась дочь Гармония, и вновь в ребенке ничто не напоминало Гефеста. Богу-кузнецу стало неуютно. Каждый раз, когда он обращался к Гармонии «дочка», остальные боги будто изо всех сил сдерживали смех, а Афродита с Аресом обменивались многозначительными взглядами.
Наконец титан солнца Гелиос пожалел Гефеста. Со своей колесницы а-ля магнит