Библиотека

Греческие боги. Рассказы Перси Джексона стр. 184

Размер шрифта
-
+
Тема

обратилось в туман, а его кровь впиталась в стебель, и из него стрельнули тонкие веточки с горстками ягод, которые тут же стали темно-красными.

Дионис создал первую виноградную лозу.

Он вытер слезы. Смерть друга не должна была быть напрасной. Он обязан был найти применение новому растению.

Ягоды выглядели очень сочными, и Дионис сорвал несколько гроздей, после чего отнес их к речке неподалеку и, найдя два подходящих плоских камня, раздавил между ними ягоды. Так Дионис изобрел первый в мире виноградный пресс.

После Дионис собрал получившийся сок в чашку, с которой никогда не расставался, подставил ее под солнечные лучи и запустил свою магию, заставив сок в чаше бродить, пока он не превратился в… нечто иное. Нечто новое.

Он сделал пробный глоток, и его вкусовые сосочки на языке едва не взорвались.

— Хорошо получилось! — объявил он.

Дионис назвал свое творение вином. Наполнив фляжку, он в тоске обернулся в последний раз на то место, где умер Ампел. Из земли на сумасшедшей скорости вырастали виноградные лозы, они оплетали деревья, пышно цвели и тут же плодоносили новыми сочными гроздьями.

Дионис удовлетворенно кивнул. Если пойдет так, как он задумал, весь мир оплетут виноградные лозы на вечную память Ампела.

Он вернулся в пещеру на Нисе и продемонстрировал свое открытие одной

из своих приемных мам, нимфе Амброзии. (Да, ее назвали в честь пищи богов. Понятия не имею почему. Но то было куда лучше какой-нибудь Печеньки или Крекеры.)

Амброзия отпила вина, и ее глаза пораженно расширились.

— Это невероятно вкусно! А где Ампел?

— О… — Дионис повесил голову. — Он умер, упал с дерева.

— Ужасно! — Амброзия сделала еще глоток. — Но эта штука — просто потрясающая!

Вскоре она поделилась вином со всеми своими подругами-нимфами. Подоспели сатиры, решившие узнать, из-за чего стоит такое хихиканье. Прошло совсем немного времени, и всю гору охватила мощная вечеринка с плясками, песнями, кострами и огромным количеством вина. Дионис, не останавливаясь, производил напиток и пускал его по рядам. Он просто не мог отказать неиссякаемому потоку просьб. Наконец он обучил виноделию сатиров и нимф, и к концу ночи все жители горы стали настоящими экспертами в производстве вин.

Сатиры очень быстро обнаружили, что от слишком больших возлияний вина они пьянеют, то есть не могут ясно мыслить, четко видеть и идти по прямой. Странно, но открытие их развеселило, и они продолжили пить.

Один из сатиров постарше, Силен, приобнял Диониса рукой.

— Да ты, сир, бог! Нет, серьезно! Бог… как, говоришь, ты назвал эту штуку?

— Вино, — ответил Дионис.

— Бог вина! — икнул Силен. — А еще есть?

А теперь, детишки, пришла пора еще раз напомнить вам, что вино — для взрослых! На вкус оно настоящая гадость и может серьезно испоганить вам жизнь. Даже не приближайтесь к нему, пока вам не исполнится минимум сорок лет!

«Но Перси! — взвинченно воскликнете вы (взвинченно — уловили?), — по твоим словам выходит, что сатиры веселились от вина!»

Может, и так, детишки. Но сатиры подчас те еще тупицы. (И вновь, без обид, старик Гроувер.) Плюс вы не видели этих же сатиров следующим утром, когда они, держась за раскалывающиеся рогатые головы, брели, покачиваясь, в сторону леса, чтобы вывернуться наизнанку.

Все же нимфы и сатиры остались в восторге от

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.