Грешница в шелках стр. 64
что девушке очень не по себе. Наверное, ему следовало немедленно покинуть комнату, чтобы не смущать ее, но он вдруг понял, что не может сейчас уйти.
Приблизившись к Селии, Джонатан обнял ее и крепко поцеловал. И тотчас же понял, что его неудержимо к ней влечет. Чуть отстранившись, он заглянул ей в глаза и теперь увидел в них совсем другое выражение. В глазах ее уже не было грусти, - напротив, они сияли, и казалось, что Селия таяла в его объятиях. Джонатан снова ее поцеловал, хотя прекрасно понимал, что именно сегодня - во всяком случае, сейчас, в эти мгновения - должен был от этого удержаться.
На сей раз поцелуй их был долгим и страстным. И настолько сладостным, что Джонатан совершенно утратил здравомыслие и еще крепче прижал к себе девушку. Но в конце концов он все же взял себя в руки и удержался от следующего поцелуя.
Когда же он попытался отстраниться, Селия вдруг обвила руками его шею и, задыхаясь, прошептала:
- Я знаю, о чем вы сейчас думаете. Вы считаете, что можете оскорбить меня своими действиями еще больше, чем Дарджент словами. Но поверьте, это совсем не так. Потому что вы - не Дарджент.
Джонатан в смущении откашлялся.
- Да, вы правы. Я действительно совсем другой. Именно поэтому я и понимаю, что желание - оно и есть желание. И не важно, кто его испытывает. Так что в этом смысле между мной и Дарджентом нет особой разницы.
Селия весело рассмеялась.
- Уверяю вас, вы ошибаетесь. Для меня между вами - огромная разница, - заявила она, глядя прямо ему в глаза. - Потому что этот человек… Он заставил меня почувствовать себя идиоткой. И он меня оскорбил. А вы… С вами все по-другому. С вами я чувствую себя такой, какая я есть.
Селия легонько провела кончиком пальца по его губам. Затем по подбородку к уху. Этому девушку научила мать, и сейчас она воспользовалась полученным «образованием». Ей было очень хорошо в объятиях Джонатана. Она чувствовала его тепло, его нежность… и чувствовала себя женщиной. Чуть приоткрыв губы, она потянулась к нему в ожидании очередного поцелуя, и Джонатан, хотя и понимал, что должен сдержаться, не сумел этого сделать - его вновь охватила лихорадка страсти, и он, крепко прижимая к себе девушку, впился в ее губы поцелуем.
И теперь время словно перестало существовать для них. Поцелуй следовал за поцелуем, и ладони Джонатана скользили по талии и бедрам Селии. Когда же он принялся ласкать ее груди, она тихонько застонала, и в этом стоне отчетливо прозвучало желание - в том не было ни малейших сомнений.
В очередной раз застонав, Селия прошептала:
- Ах, если бы Энтони заставил меня чувствовать то же, что я чувствую сейчас, я бы, возможно, могла солгать самой себе, то есть не стала бы принимать в расчет смысл его предложения.
Эти слова девушки вернули Джонатана к действительности. Немного отстранившись, он спросил:
- А если бы не было лжи, лишь только то, что вы чувствуете? Что произошло бы в этом случае?
Селия со вздохом пробормотала:
- Увы, люди в таких случаях часто себя обманывают. Придумывают для себя разные истории. Например, историю о страстной любви. Или по крайней мере