Гробница императора стр. 414
объяснитесь.
– Мы с вами долго беседовали у меня дома в Бельгии. Тогда вы решили, что я вам лгал. Однако это было не так. Каждое мое слово было истинной правдой. Китай должен измениться. И вопрос стоял в том, какими будут эти перемены. Возврат к жесткому легизму? Автократия? Или что-то более мягкое? Конфуцианство? Демократия? Признаюсь, вначале, двадцать лет назад, я полагал, что ответом должно будет стать возвращение к легизму. Однако теперь я уже не уверен в этом. Но мне известно, что один и тот же источник может привести государство как к упадку, так и к процветанию.
– Это слова Конфуция, – заметил Линь.
– Совершенно верно. Он был очень мудрый человек.
– Странно слышать такие слова от легиста.
Пау покачал головой:
– Я больше не легист.
* * *Слушая разговор Линя и Пау, Малоун тем не менее держал пистолет наготове, внимательно изучая взглядом зал.
– Много лет назад, – продолжал Пау, – я забрал все тексты Конфуция из погребенной под землей библиотеки Цинь Ши-хуанди. Его слова должны были во что бы то ни стало сохраниться для потомков. Уничтожить их было бы преступлением. И вот теперь вы вправе использовать их так, как считаете нужным. Быть может, учение Конфуция – это как раз то, что необходимо Китаю для борьбы как с коррупцией, так и с растущим расслоением населения. – Он помолчал. – Товарищ министр, братство «Ба» не принимало участия в этой схватке между вами и Карлом Таном. Мы ни во что не вмешивались, не поддерживали ни одну из сторон.
– Тан был одним из вас.
Пау кивнул:
– Да, он был братом. Однако из этого не следует, что я хотел его победы. Ваше противостояние должно было произойти без вмешательства извне, и так оно и случилось. Вы одержали верх. С этого дня «Ба» присягает вам в верности.
– Почему я должен верить вашим словам? – спросил Линь.
Малоуну также хотелось узнать ответ на этот вопрос.
– Все изменило то, что Тан узнал о неисчерпаемости запасов нефти. Это открытие распалило его честолюбие. Он не смог устоять. И я испугался, что Тан окажется ничуть не лучше тех, кто правил до него.
– Однако он угрожал моей жизни, и вы ничем ему не помешали. Вы допустили, чтобы Тан захватил всех нас в плен.
– И доставил сюда, товарищ министр. Я позаботился о том, чтобы это непременно произошло.
Его слова не произвели на Линя впечатления.
– Вы убийца.
– Да, четыре человека умерли в Бельгии. Но разве это не была необходимая самооборона?
– Нет, если речь идет о том боевике, которого вы пытали, а затем прикончили выстрелом в голову.
– Где Соколов? – окликнула сверху Кассиопея.
– Он в безопасности, – ответил Пау.
Малоун решил пока что промолчать о том, где в настоящее время находится Соколов с сыном. Он еще не был готов поверить в то, что Пау является союзником. Продолжая держать старика под прицелом, Коттон спросил:
– Как будет объяснена смерть Тана?
– Он погибнет в автокатастрофе, здесь, в горах, – ответил Пау. – Он приехал сюда, чтобы очистить голову, освежить душу.
– Ну а пулевые ранения?
– Увы, сорвавшаяся в пропасть машина вспыхнула, и тело сгорело дотла.
Линь молчал, сжимая меч.
Коттон не убирал пистолет, но Пау стоял не шелохнувшись.
– Решать вам, товарищ министр, – обратился к