Грозное лето стр. 540
земли!..
Из окна выглянул Шахаев и позвал Сеньку с Каримовым. Каримов побежал сразу. А Сенька немного задержался. Он что-то колдовал над своей гимнастеркой.
Взобравшись по гранитной лестнице на второй этаж, Ванин нарочно тяжело дышал.
– Что ты как нагнанный! Мешки, что ли, на себе тащил?
– Тяжело, братцы, - притворно вздохнул Семен. - Не видите, при всех наградах человек.
Сенька действительно прицепил все свои ордена и медали. Разведчики догадались, что гвардии ефрейтор Семен Ванин приготовился вступать в "чуждые пределы" - в Румынию. Среди бойцов Сенька увидал сияющую Веру. Он было подумал сначала, что она прибежала проведать его, но, взглянув на торжественные лица друзей, понял, что произошло что-то очень важное, связанное с приходом Веры.
– Что у вас тут случилось? - спросил он, глядя то на одного, то на другого разведчика.
К Сеньке подошла разрумянившаяся, похорошевшая еще больше Наташа и подала ему письмо.
– От Акима?! Жив!!! - сразу понял он, то краснея, то покрываясь бледностью. - Товарищи... Дорогие!.. Чего же вы молчите? Неужели жив!.. Это Вера принесла?! Вот молодец!..
– Да читай же!.. Чего ты раскричался? - поторопил его Камушкин.
Ванин развернул листок и, с трудом овладев собой, стал читать знакомое уже разведчикам письмо:
"Мои хорошие друзья, я - жив! Жив, черт побери!.. Назло всем смертям - жив!.. Где вы теперь, мои славные товарищи? По сводкам вижу, летите, как на крыльях, к границе. Далеко вы ушли от меня. А я нахожусь в госпитале в Саратове, в Сенькином городе, и все думаю о вас. Вы, наверное, считали меня погибшим. Но вы не учли одного обстоятельства: я не хочу умирать. Я хочу жить! И, как видите, выжил. Собственно, я всегда считал, что ни одна пуля меня не возьмет. Спасла меня, друзья, одна колхозница, Авдотьей ее зовут. Нашла у себя в огороде, в подсолнухах, где я лежал, потеряв сознание от тяжелого ранения в грудь. Укрыла в погребе, а когда пришли наши войска, сообщила какой-то медицинской сестре. И я был отправлен в госпиталь. Но об этом расскажу подробнее, когда вернусь. А это будет скоро! Так что писем мне не пишите. Они меня уже не застанут.
Жму крепко ваши солдатские руки и обнимаю вас всех.
Ваш Аким.
1 марта 1944 года г. Саратов".
Сенька поднял голову, и все впервые увидели в его озорных глазах прозрачные камельки. Он быстро смахнул их рукой и, переборов минутную слабость, спросил:
– А тебе он разве... не написал, Наташа?
На него лукаво смотрели большие темно-синие глаза.
Разведчики хитро улыбались.
– Да что с вами, в самом деле? - не понимал Сенька.
В эту минуту в дверях показался высокий и худой солдат с новенькими ефрейторскими нашивками на погонах. Очки на его ястребином носу блестели.
– Аким?! - заревел Ванин. - Акимка, чертяка!.. Вот те на!.. -подпрыгнув, он обнял друга за шею. - А как же письмо?..
– Вот, Вера принесла. А я следом за ней пришел. Вхожу в дом, смотрю -читают.
– Аким... - Сенька вдруг замялся, погрустнел. - Ты... ты, знаешь что... прости меня. Я был не прав...
Аким порывисто обнял своего беспокойного приятеля:
– Это ты о чем?.. Ну, вот еще выдумал!.. Собственно, что ты... в самом деле?.. Не надо