Гусеница на диете стр. 40
купил бутерброд с сырокопченой колбасой, пирожное с дольками мандарина на каком-то белоснежном желе и апельсиновый сок. Зал был очень уютный, компактный, оформленный под старину, – позолоты здесь не пожалели. Балконы, бельэтаж, лепнина – кругом позолоченные ангелочки или амурчики. Габриэль не очень в этом разбирался. Кресла с изогнутыми подлокотниками и высокими овальными спинками обтянуты красным бархатом. В воздухе витал аромат духов, атмосфера как бы наполнена надеждами на удачное представление, а также любовью к зрителю и к искусству. Вообще здесь почему-то думалось о любви, потому что театр все обычно посещают парами. Казалось, зрители готовы воодушевиться красивой музыкой и танцем и после слиться воедино
в любовных объятиях.
Габриэль выглядел очень импозантно, несмотря на то, что чувствовал себя еще не очень хорошо. Его фигура сразу бросалась в глаза, притягивала людские взгляды, в основном женские. На нем был дорогой темно-синий костюм и серая шелковая рубашка.
– Гражданин, неужели вы пришли на балет один? – обратилась к нему яркая блондинка в черном платье, с торчащими во все стороны перьями боа и с красной помадой на губах.
Она явно принадлежала к классическому типу «женщины в ожидании», с извечной тоской в глазах по крепкому мужику, которую частенько видишь во взглядах многих российских женщин. Габриэль уже не мог помогать дамам с подобным взглядом, поэтому даже слегка расстроился, что та оказалась его соседкой, словно предвидя, что ему будет не просто от нее отделаться.
– Да, я сегодня один.
– И я одна, – тут же откликнулась блондинка, сверкнув улыбкой.
– В жизни всякое бывает, – пожал он плечами, устремляя рассеянный взгляд вперед.
– Когда мужчина один, всегда подозрительно. Это ненормально. – Настырная соседка приклеилась намертво.
Габриэль удивленно поднял бровь.
– С одиноким мужчиной тут же хочется познакомиться, – пояснила дама.
«То есть сразу “застолбить” его», – подумал он. И вздохнул, прекрасно зная, что такие вот блондиночки – самый навязчивый, «тяжелый» вариант. Как говорится, послать прилипчивую соседку куда подальше нельзя – неприлично, и в то же время знакомиться с ней он не горел желанием.
А дама уже протягивала ему руку, явно не угадывая его мысли:
– Елена. Надеюсь, что Прекрасная.
– Габриэль.
– Ой, какое имя! – Накрашенные ресницы женщины взметнулись вверх. – Вы итальянец?
– Я русский.
А Габриэль подумал, что в очередной раз оказался прав – эта особа окажется весьма навязчивой. Поэтому, когда начал медленно гаснуть свет в зале и в оркестровой яме появился сосредоточенный дирижер, Габриэль воспринял сие как спасение. А дальше началась самая настоящая сказка. Прекрасная музыка в исполнении виртуозных музыкантов дополнилась не менее прекрасным зрелищем.
Сначала привлекали внимание богатые, яркие декорации, костюмы танцовщиков и компьютерная графика на стене, меняющаяся в процессе развития сюжета. Начался спектакль с мужского танца, а затем на сцену вплыли лесные нимфы в нежных, воздушных платьях, украшенных цветами. В волосы девушек тоже были вплетены цветы, а у некоторых имелись на голове веночки. Варвару как солирующую балерину Габриэль заметил сразу же. И дальше уже ничего не видел, смотрел только на нее, все больше погружаясь в искусство балета. И пусть он ничего в нем не понимал, но наблюдал за Варей очень внимательно. Это было потрясающе! Каждое движение руки, ноги, поворот головы – восхитительны. Полная синхронность и скоординированность, ни одного лишнего жеста, ни единой ошибки