Библиотека

HHhH стр. 42

Размер шрифта
-
+
Тема

родом Аурелия – молодая красавица, с которой я пережил долгую, целых пять лет, и жаркую страсть вот уже почти десятилетие назад. Замечу, кстати, что именно в этом городе мира мне довелось увидеть больше всего красивых девушек, а говоря «красивых», я имею в виду, что они на редкость хороши собой.

Не вижу причин, по которым в 1939 году могло быть иначе. Конечно же, по центру, по Главной улице (да, так она и называется – главная улица Кошице, очень длинная, застроенная по обеим сторонам роскошными барочными домами пастельных цветов и скрепленная посередине изумительным готическим собором), прекрасные девушки разгуливали с незапамятных времен. Вот только в 1939 году кроме них тут можно было встретить еще и затянутых в мундиры немцев, которые сдержанно приветствовали встречавшихся им прекрасных девушек. Разумеется, Словакия – предав ради этого Чехию – добилась независимости, но в обмен ей была навязана дружеская и всепроникающая опека Германии.

Идя по главной магистрали города, Йозеф Габчик волей-неволей наблюдал за происходящим: он видел и прекрасных девушек, и немцев в мундирах. И раздумывал – невысокий молодой человек раздумывал к тому времени уже несколько месяцев.

Два года назад он уехал из Кошице в Жилину и нанялся рабочим на химический завод, а сейчас вернулся, чтобы найти здесь друзей по 14-му пехотному полку, в котором прослужил три года. Весна нынче припозднилась, и снег под ногами все не таял.

Кафе в Кошице редко бывают заметны с улицы. Обычно надо войти в подворотню, а иногда даже спуститься или подняться по лестницам, и только после этого можно наконец попасть в хорошо протопленный зал. Как раз в таком кафе Габчик и встречается сегодня с давними друзьями. Все они рады этой встрече за кружкой «Штайгера» (Steiger – пиво, сваренное в районе Банской Быстрицы), но Габчик пришел сюда не просто повидаться со старыми знакомыми, ему надо узнать, какие вообще настроения в частях словацкой армии и как она, армия, относится к правительству коллаборациониста Тисо.

– Все высшее офицерство за него. Знаешь, Йозеф, им ведь разрыв с чехами сулит быстрое продвижение…

– В армии никто и не пикнул – ни командование, ни в войсках. Поскольку мы – новая словацкая армия, мы обязаны подчиняться новому независимому правительству, это нормально.

– Мы так давно хотели независимости, не все ли равно, каким путем мы ее получили! Так чехам и надо! Если бы они больше нас уважали, может, ни до чего подобного дело бы не дошло! Ты прекрасно знаешь, что все лучшие посты всегда доставались чехам, в правительстве, в армии, в любых учреждениях – да везде! Это омерзительно!

– В любом случае это был единственный выход. Если бы Тисо не сказал Гитлеру «да», с нами расправились бы, как с чехами. Согласен, это похоже на такую… полуоккупацию, но, в конце-то концов, автономии у нас теперь больше, чем было при них.

– А ты знаешь, что в Праге объявили официальным государственным языком немецкий? Там закрыли все чешские университеты, там запретили всякую чешскую культурную деятельность, и там даже расстреляли студентов! Тебе такого хочется? Поверь, это было лучшее решение…

– Это было единственно возможное решение, Йозеф!

– С какой радости мы-то должны были сражаться, если Гаха сам предложил капитуляцию? Мы просто выполняли приказы.

– Бенеш? Ну да, ну да, только ведь он продолжает себе спокойненько воевать, сидя в Лондоне, так куда проще. А мы, бедолаги, остаемся здесь.

– И вообще это все из-за него! Разве он не расписался под договором в Мюнхене? Вспомни, вспомни, разве не он послал нас сражаться за Судеты? Тогда наша армия, может быть… я говорю «может быть»… тогда мы, может, и могли бы противостоять немецкой армии… но сегодня – сегодня что мы можем сделать? Ты видел, какой численный состав у люфтваффе? Знаешь, сколько у них бомбардировщиков? Им ничего не стоит сюда войти – как ножу в масло, они от нас мокрого места не оставили бы.

– А я не хочу умирать ни за Гаху, ни за Бенеша!

– Ни за Тисо!

– Ладно, вот смотри. Вот шатаются у нас по городу несколько немцев в мундирах – и что? Не могу сказать, будто мне это нравится, но все-таки это куда лучше настоящей военной оккупации. Пойди спроси у своих чешских дружков!

– Я ничего не имею против чехов, но они всегда считали нас быдлом, деревенщиной. Когда я однажды был в Праге, эти ребята делали вид, что не понимают меня из-за акцента! Они всегда

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.