И ангелов полет стр. 92
раз?
— Вчера вечером, но ты же это и без меня знаешь, верно?
— До какого времени вы были с ним?
— До какого... Да пока не разошлись. Слушай, ты что, допрашивать меня сюда пришел?
— Я пытаюсь выяснить, кто убил Элайаса.
— Кто? Да вы же и убили. Ваши люди.
— Не исключено. Вот мы и хотим это установить.
Харрис рассмеялся, как будто Босх сморозил очевидную глупость.
— Ну конечно. Когда это свой своего ловил?
— Посмотрим. Когда вы расстались? Вы и Говард Элайас.
— Когда ушли из офиса. Он отправился к себе, а я домой.
— Точнее.
— Ну, я не знаю, приятель. Без четверти одиннадцать, в одиннадцать. Я часы не ношу. Когда мне нужно, люди говорят, который час. В новостях болтали, что его шлепнули в одиннадцать, значит, мы разошлись где-то без четверти.
— Он упоминал в вашем присутствии о каких-либо угрозах? Элайас боялся кого-то?
— Ни хрена он никого не боялся. Но знал, что долго ему не жить.
— Что вы имеете в виду?
— Вас я имею... в виду. Элайас знал, что рано или поздно вы до него доберетесь. Вот кто-то и добрался. Может, когда-нибудь и за мной придут. Вот почему я собираюсь свалить отсюда. Только денежки получу. А уж получу я их столько, сколько вам, копам, и не снилось. Вот так-то.
Харрис дерзко ухмыльнулся. Секунду или две Босх смотрел ему в глаза, потом повернулся к Энтренкин и кивнул. Пришла ее очередь.
— Майкл, вы знаете, кто я?
— Конечно, видел вас по телевизору. Вы вроде мистера Элайаса. Да, я вас знаю.
— Тогда вы знаете и то, что я не из полиции. Моя работа состоит в том, чтобы смотреть, как полицейские в городе исполняют свои обязанности, не нарушают ли они права горожан.
Харрис презрительно фыркнул.
— Я вам так скажу, леди, работы вам хватает, а будет еще больше.
— Знаю, Майкл. Но я пришла к вам для того, чтобы сказать, что эти три детектива делают нужное дело. Они хотят найти того, кто убил Говарда Элайаса, независимо от того, сделал это коп или кто-то еще. Я хочу, чтобы вы помогли им. Вы ведь тоже этого хотите, потому что многим обязаны Элайасу. Поэтому, пожалуйста, ответьте еще на несколько вопросов.
— Ладно, так и быть. Только с ним разговаривать не буду. Нет у меня желания толковать с белыми копами. И с этими... дядями Томами тоже. Вы и спрашивайте.
Энтренкин взглянула на Босха и снова повернулась к Харрису:
— Майкл, я хочу, чтобы вопросы задавали полицейские. Они лучше знают, как это делать. Ничего плохого не будет, если вы ответите.
Харрис покачал головой:
— Вы не поняли, леди. С какой стати мне помогать этим мудакам? Они ж пытали меня. Просто так, без всякой причины. По вине этой долбаной полиции я потерял сорок процентов слуха. Так от меня они помощи не дождутся. Все. Есть вопросы, спрашивайте. Но только вы.
— Хорошо, Майкл, пусть будет по-вашему. Расскажите о вчерашнем вечере. Над чем вы с Говардом работали?
— Мы работали над моими показаниями. Копы называли их брехней — ну, вы же знаете, как они обходятся с нашим братом. Но теперь полиции придется раскошелиться, им просто деваться некуда. Мы им надерем задницу за то, что они со мной сделали.