И Будда – не беда! стр. 413
не смог заставить о долге своем позабыть… И в подтверждение этих моих слов я рванул голову вбок, надеясь если и не оторвать у монстра кисть, то хоть травму нанести ощутимую.
– У-у-у! – заверещал уродец. – Да уберите вы от меня этого бешеного пса.
– Кали! Вишну! Да прекратите вы это безобразие, – потребовал новый голос, и я от абсурдности этой просьбы даже челюсти разжал, чтобы увидеть на стене женскую фигуру, говорившую мужским голосом. – Эти ваши вояки мне лучших массажистов изуродуют. Я больше в ваши игрушки играть не собираюсь. Это уже не смешно.
Мы застыли, словно громом пораженные. Стена огня позади нас пропала, не оставив даже выжженной полосы на траве, и я только теперь понял, что мне показалось неправильным – от этого огня не было жара! Там, откуда еще недавно раздавались истошные вопли сгоравших заживо солдат, теперь слышались смешки, и эти воины выглядели совершенно целыми и невредимыми. Как и Кали, с улыбкой направлявшаяся к нам. Чего не скажешь о квартете многоруких монстров. Эти громадные чудовища испуганно жались к стене, потирая ушибленные места. А тот, которого я укусил, и вовсе плакал! Тьфу! Смотреть противно. Я повернулся к нему спиной, презрительно забросал его землей и, оскалив зубы, чуть слышно зарычал на Кали.
– Так, я не понял, блин! Это кто? – Омоновец ткнул дубинкой в сторону женщины с мужским голосом, возвышавшейся на стене.
– А это и есть Ганеша, – ответил Вишну. – Только он еще не решил, кем сегодня будет. Отсюда и такая странная двойственность образа.
– Не скажу, что мне приятно с вами познакомиться, – тут же заявил бог-трансформер. – Кто вас просил мой лучший персо…
Договорить Ганеша не успел. Ваня Жомов с невероятной для такой массы ловкостью, не раз поражавшей его противников, крутанулся вокруг своей оси, на ходу успев нагнуться и подхватить с земли увесистый обломок стены. Так же, не останавливаясь, как заправский дискобол, омоновец запустил кирпич в сторону Ганеши, и он с глухим звуком впечатался богу в лоб, не дав досказать фразу. Ганеша только взмахнул руками и свалился со стены.
Не медля ни секунды, под взорами оторопевшего воинства Жомов метнулся в пролом. Следом за ним рванулись я, Рабинович и Попов. Многорукие монстры шарахнулись от нас в разные стороны, а мы даже внимания на них не обратили. Перемахнув через остатки стены, мы бросились к неподвижному Ганеше. Жомов тут же начал выкручивать ему руки, а мой Сеня достал из кармана флакон со слезой Рудры. Она не светилась!
– Твою мать! – рявкнул мой хозяин, оборачиваясь в сторону подходивших к нам богов. – Или вы сейчас объясните, что все это значит, или кто-то пожалеет, что вообще родился на свет.
Брахма выступил вперед и поспешил рассказать Сене, что вокруг происходит. Дело в том, что никто из богов пантеона не верил в виновность Ганеши. Этот бог хоть и был ненормальным с точки зрения большинства разумных существ, никогда ни в какие дела не вмешивался и ничем, кроме удовлетворения своих плотских желаний, заниматься не желал. Даже небольшим мирком своим управлять отказывался, и, чтобы в нем не началась анархия, подавая плохой пример остальным, все боги по очереди следили за порядком во владениях Ганеши.
Брахма сказал, что