И девять ждут тебя карет стр. 78
просто показалось?
— Да.
Мальчик стоял неподвижно, держа руки перед собой. Мне пришло в голову, что он, наверное, по-своему такой же недотрога, как и Элоиза де Вальми. Моя задача может оказаться не такой уж легкой. У него прекрасные манеры, вряд ли он будет «трудным ребенком» в том смысле слова, как его обычно употребляют гувернантки; но смогу ли я найти с ним общий язык, смогу ли преодолеть настороженность и сдержанность, которыми он отгородился от всех, словно оградой из колючей проволоки, сквозь которую пропущен электрический ток? Все эти черты я уже видела в мадам де Вальми. Так же как она, мальчик не по-детски молчалив и спокоен. Но на этом сходство кончалось. Ее спокойствие и отчужденность продуманны и изящны; у ребенка они казались неловкими и внушали неясное беспокойство.
— Мне надо сейчас пойти к себе и распаковать вещи, иначе я опоздаю на ужин. Хочешь мне помочь?
Он быстро поднял глаза.
— Я?
— Ну, не то чтобы помочь, просто пойдем со мной, ты составишь мне компанию и посмотришь, что я тебе привезла из Лондона.
— Вы имеете в виду подарок?
— Конечно.
Неожиданно Филипп багрово покраснел. Не сказав ни слова, он спокойно прошел за мной через гостиную к двери спальни, открыл ее передо мной и вошел в спальню. Потом молча встал у подножия кровати, глядя на чемодан.
Я наклонилась над открытой крышкой, вынула еще несколько вещей, положила их на кровать и стала рыться внутри.
— Это не очень-то дорогая вещь, — сказала я, — потому что у меня было мало денег. Но... а, вот оно.
Я привезла картонную модель Виндзорского замка, которую купила в Лондоне у Вулворта, — ее надо было вырезать и склеить, и самую большую коробку, которая оказалась мне по карману, содержащую коллекцию оловянных солдатиков в форме королевской гвардии.
Я неуверенно посмотрела на молчаливого графа де Вальми, владельца родового замка, и вручила ему обе коробки.
— Английский замок? — произнес он. — И английские солдаты?
— Да. Солдаты, которые стоят у Букингемского дворца.
— В меховых шапках. Они охраняют королеву. Я знаю.
Он с восхищением смотрел на наклеенную на коробке картинку, изображающую полк королевских гвардейцев, выполнявших какой-то неимоверно сложный маневр.
— Ну, они... они не очень-то... понимаешь...
Но я видела, что он меня не слушает. Открыв крышку, Филипп перебирал дешевые игрушки.
— Подарок из Лондона, — сказал он, оглядывая грубо разрисованного солдатика.
Внезапно я поняла, что для него не имело бы значения, даже если бы это были кустарные бумажные куколки.
— Я еще привезла тебе игру, которая называется «Фишки», — добавила я. — В нее играют специальными фишками. Потом я научу тебя. Это хорошая игра.
— Филипп, где ты? — раздался женский голос из детской, или комнаты для занятий.
— Это Берта. Мне надо идти, — встрепенулся мальчик и, закрыв крышку, встал, прижимая к себе коробки. Он произнес официальным тоном: — Благодарю вас, благодарю вас, мадемуазель.
Повернувшись, он побежал к двери.
— Я здесь, Берта. Иду.
На пороге Филипп остановился и обернулся ко мне. Щеки у него были еще красные, в руках он крепко сжимал подарки.
— Мадемуазель...
— Да, Филипп?