Библиотека

И грянул гром… (Том 4-й дополнительный) стр. 2

Размер шрифта
-
+
Тема

с лишним лет спустя. Прием этот — внезапный перенос героя в другое время — впоследствии многократно применялся в американской научной фантастике, хотя, естественно, принцип действие «машины времени» каждый раз был иной. Генри Джеймс (1843–1916 гг.) до конца своих дней, работал над романом «Чувство прошлого», повествующим о возможности путешествий в былое благодаря пробуждению «памяти рода» и перекосу памяти из прошлого в настоящее. Классическое описание путешествия в прошлое дается в романе «Янки при дворе короля Артура» Марка Твена.

Однако, безусловно, в американской научно-фантастической литературе больше всего похож на Рипа ван Винкля бостонский гражданин Вест из знаменитого утопического романа Эдварда Беллами «Взгляд в прошлое. 2000–1887». Этот Рип ван Винкль XXI века заснул гипнотическим сном в 1887 году и проснулся лишь в 2001 году, в преображенной, почти идеальной Америке. Судя по всему, Э. Беллами удачно позаимствовал сюжетный ход непосредственно из прославленной новеллы В. Ирвинга.

Не только в американской, но и во всей мировой литературе «Рип ван Винкль» проторил удобную «дорожку» воображения. Дело в том, что — Вашингтон Ирвинг, пожалуй, первым из американских писателей получил довольно широкое признание в Европе. Например, в России его новеллы стали переводиться еще в первой половине XIX века. И самым переводимым, самым читаемым произведением классика американского романтизма был рассказ о «скачке

во времени».

Г. Уэллс в романе «Когда спящий проснется», Владимир Маяковский в пьесе «Клоп» и другие прошли по тропе Рип ван Винкля к новым художественным открытиям. Нет, наверное, ни одного современного фантаста, который не воспользовался бы этой тропой. Поэтому Вашингтона Ирвинга с присущими ему раскованностью мысли, смелостью сопоставлений, тонким психологизмом и оптимистическим юмором вполне нежно причислить к основателям научной фантастики.

РИП ВАН ВИНКЛЬПосмертный труд Дитриха Никкербоккера

Клянусь Вотаном, богом саксов,

Творцом среды (среда — Вотанов день),

Что правда — вещь, которую храню

До рокового дня, когда свалюсь

В могилу…

Картрайт

Всякий, кому приходилось подниматься вверх по Гудзону, помнит, конечно, Каатскильские горы. Эти дальние отроги великой семьи Аппалачей, взнесенные на внушительную высоту и господствующие над окружающей местностью, виднеются к западу от реки. Всякое время года, всякая перемена погоды, больше того — всякий час на протяжении дня вносят изменения в волшебную окраску и очертания этих гор, так что хозяюшки — что ближние, то и дальние — смотрят на них как на безупречный барометр. Когда погода тиха и устойчива, они, одетые в пурпур и бирюзу, вычерчивают свои смелые контуры на прозрачном вечернем небе, но порою (хотя вокруг, куда ни глянь, все безоблачно) у их вершин собирается сизая шапка тумана, и в последних лучах заходящего солнца она горит и сияет, как венец славы.

У подножия этих сказочных гор путнику, вероятно, случалось видеть легкий дымок, вьющийся над селением, гонтовые крыши которого просвечивают между деревьями как раз там, где голубые тона предгорья переходят в яркую зелень расстилающейся перед ним местности. Это — старинная деревушка, построенная голландскими переселенцами еще в самую раннюю пору колонизации, в начале правления доброго Питера Стайвесанта (мир праху его!), и еще совсем недавно тут стояло несколько домиков, сложенных первыми колонистами из мелкого, вывезенного из Голландии желтого кирпича, с решетчатыми оконцами и флюгерами в виде петушков на гребнях островерхих крыш.

Вот в этой-то деревушке

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.